ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Варкрафт Кристи Голден Лунный свет омывал тронный зал Штормграда, отчего королевский трон из белого камня как будто лучился собственным сиянием, а золотые львы, сидящие у его подножья, превратились в серебряных бестий с мертвенным взглядом. Холодноватый молочный свет блистал на гранях развешенного по стенам оружия, а тени по углам, куда не дотягивались бледные пальцы луны, казались озерцами непроглядного мрака. В этом нездешнем сиянии человек с богатым воображением вполне мог представить, что декоративные доспехи, замершие, как часовые, были не столь уж пусты. Торжество луны нарушал свет единственной лампы, отбрасывающей теплые, красноватые блики на решительное лицо мальчишки. Он держал в руках две вырезанных из дерева игрушки. Первая была солдатом, облаченным в разрисованную версию доспехов, темневших по всему безмолвному залу. Вторая – ссутулившейся тварью: зеленой, с кабаньими клыками и топором в половину роста ее деревянного противника. По полу были разбросаны другие солдаты и монстры. Большая часть игрушечных чудищ все еще стояла. Большая часть солдат была повержена. Когда открылась дверь, в комнате стало светлее. Мальчик обернулся, недовольный тем, что ему помешали, и окинул вошедшего быстрым сердитым взглядом, прежде чем вернуться к своей игре. – Итак, – произнес новоприбывший. Голос его звучал довольно молодо. – Вот где вы прячетесь. «Принц не прячется, – подумал мальчишка. – Он идет, куда пожелает, когда хочет побыть один. Это никакие не прятки». Человек подошел к нему. В тусклом свете лампы его волосы не казались столь седыми, а шрам, рассекающий лицо от подбородка до глаза, – столь уродливым, как при дневном свете. Он опустил взгляд на сцену, разыгранную мальчиком. – Как продвигается сражение? «Как будто он не видит. Как будто не помнит». Поначалу мальчишка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Лучше, чем ты сможешь спрятать свою жирную башку.

Из груди Дуротана вырвался искренний смех – целительный бальзам для его души, – и Драка расхохоталась вместе с ним. Они снова легли рядом, и снова ладонь Дуротана легла на ее живот, оберегая их сына. Они войдут в этот новый мир вместе.

Что бы ни случилось.

На следующее утро Драка стратегически прикрыла живот небольшим круглым щитом, украшенным бивнями, и оглянулась на супруга. Он кивнул, чуть успокоенный тем, что жена смогла скрыть свою беременность и одновременно защитить их нерожденного сына. Последние годы были настолько тяжелыми, что Драка не сумела набрать ни капли лишнего веса, не считая того, что уходило в ребенка. Ни расплывшиеся мышцы, ни округлившееся лицо не выдали бы ее положение теперь, когда живот был закрыт. И хоть сейчас это послужило им на пользу, вождь ощутил укол сожаления при мысли о том, что жена его терпела такие лишения.

Дрек’Тар надел плащ и пониже натянул капюшон, чтобы скрыть седые волосы, а изуродованное лицо спрятал под полоской ткани. Второй шаман, Пелкар, долгие годы ухаживавший за стариком, должен был вести его. Когда все собрались в ожидании приказа двигаться к «дырке в земле», Дуротан подошел к ним.

– Я не могу обещать, что вас не раскроют, – сказал вождь. – Если вы не захотите так рисковать, никто вас не упрекнет.

– Мы понимаем, – ответил Дрек’Тар. – Все будет так, как угодно Духам.

Дуротан кивнул. Драка уже попрощалась с Гейей и теперь отошла в сторону. Дуротан положил руки на плечи матери.

– Пока нас с Оргримом не будет, ты в ответе за наш клан, – сказал ей он. – Не могу придумать, в чьи руки надежней вверить благополучие Северных Волков, чем в руки сказительницы.

Глаза Гейи были сухи, и она стояла прямо и твердо.

– Я готова защищать их ценой своей жизни, сын мой. И когда ты вернешься, мы с радостью присоединимся к вам в этой новой зеленой стране.

Все понимали, что возврата может и не быть. Слишком многого они не знали об этом обетованном крае. Им придется добираться туда с помощью магии, не имея ни малейшего представления о том, что ждет впереди, не считая рассказов Гул’дана. А что, если он солгал? Что, если их там поджидают опасности, настолько ужасные, что даже орку не под силу с ними справиться? В конечном счете, это не имело значения. То, что они оставляли за спиной, было невыносимо.

– Я уверен, что мы быстро покорим те края, – произнес Дуротан, надеясь, что голос его звучит так твердо, как ему бы хотелось.

Затрубили рога, призывая уходящих. Дуротан обнял Гейю. На мгновение она отчаянно вцепилась в него, а затем опустила руки и отступила. Дуротан оглядел свой клан: детей и взрослых орков, мужчин и женщин – мастеров и шаманов, не воинов. Он сделал для них все, что мог.