ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Эффект бабочки Александр Архангельский Памяти Екатерины Гениевой © Александр Архангельский, 2015 © Ольга Александровна Томилова, фотографии, 2015 Создано в интеллектуальной издательской системе В эту маленькую книжку собраны разнородные тексты, объединенные только одним – сквозной темой. Где, в какой точке русской истории мы оказались, по каким причинам, что из этого следует, о каких прецедентах полезно напомнить и чего же нам ждать. Все остальное слишком разное, подчас полярно. Здесь есть «неправильное» интервью, превращенное в развернутый монолог, есть интервью «правильное», с вопросами и ответами, есть текущие колонки, есть академические статьи, есть расшифрованная и тщательно прописанная лекция. Но, может быть, в игре на полюсах тоже есть свой смысл. Академическая оптика дает возможность увидеть предмет с высоты птичьего полета, колонка, как якорь, удерживает в точке современности, интервью позволяет скользить по поверхности, в целом получается объемная картина. Что же до объединяющей мысли, то она – такая. Если не меняться слишком долго, то приходит время революции. Но бывают революции культурные, когда меняется структура ценностей и отношений, и они дают в итоге результат – хотя ничего не сметают. А бывают политические, которые сметают все, но в глубинном смысле не меняют ничего, прошлое воспроизводится в новых формах. Игра с историей в прятки, попытки с помощью искусственной архаизации остановить неизбежные перемены – на первом шаге могут дать желанный результат. И на втором. А на третьем они ведут к тому, что сносит крышу. В самом прямом смысле. Опыт русского XX столетия доказывает это с катастрофической ясностью. Да и не только XX. Известна красивая историческая параллель, которая, конечно, условна как все исторические параллели. С разрывом ровно в 2

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А там, где слишком ясно помнят, чем для Германии окончилась борьба с «нашествием» евреев, которые захватывали национальную территорию, грозили патриотическому бизнесу, мешали правильной политике и плохо относились к христианской вере, – там стен не строят. Там скрепя сердце действуют и помогают.

И неслучайно, что мы видим Венгрию, а не Германию. Потому что если запускать видеозонд в Берлин, то реальность предстанет в своей отвратительной сложности. Сразу и против, и за. И дискуссия, и реальный страх, и солидарное действие, и риски, и неизбежность, и готовность принимать «атилл», и неготовность. То есть все, что не вмещается в границы пропаганды, в подтверждение того, что «закат Европы» наконец уже случился. Мы так долго ждали, ждали, и вот наконец… И невозможно будет получить простой ответ, все хорошо, или все отвратительно. Нету такого ответа; все и очень плохо, и не страшно, и опасно – в одно и то же время. И есть еще одна причина, по которой мы стараемся не видеть точек выхода, а сосредоточены на точках входа беженцев. Это укрепляет нас в опасном убеждении, что весь мир живет как мы. То есть ни во что, кроме денег, не верит и ничем, кроме трезвого расчета не руководствуется. (Хотя на самом деле и мы живем давно уже не так, как думаем; наши представления о жизни и практические действия расходятся, и представления куда ужасней).

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Впрочем, главное заключено в другом. Да, потом проблемы нарастут, как кучи мусора в Неаполе. И «Мечеть парижской Богоматери» из антиутопии может стать реальностью. И, кто знает, вследствие наплыва «лиц мусульманской национальности» не только в Брюсселе откажутся от символов родной традиции во имя ложно понимаемой политкорректности, и будут строить рождественские елки из абстрактных треугольников, чтоб не обижать новоприбывших, или как в Дании ставить охрану у елок – настоящих. И радикальный национализм тогда полыхнет общеевропейским пожаром… И карикатурные скандалы продолжатся, и сдача позиций. Но, во-первых, не факт. Во-вторых, если Европа откажется – во имя надвигающихся ужасов – от сиюминутной солидарности, гуманизма, странноприимства и построит венгерские стены на пути оказавшихся в бедствии, она

уже

перестанет быть Европой. Без всяких треугольных елок. То есть гарантированно проиграет.

Да, в Катар и Саудовскую Аравию никто не бежит, потому что не примут – и потому что тамошняя роскошь только для своих. Они защищены гораздо лучше, чем Европа. Но стать второй Саудовской Аравией или новым Катаром уже нельзя, можно только уйти в третий мир. В общем политическом раскладе не осталось мест для равнодушного богатства. Есть место для богатых, но умеющих делиться.