ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Помоги мне Игорь Матвеев Посвящается А.Б., без которой этот роман никогда не получился бы! Тошнота снова подступила к горлу. Николай повернулся на спину, выпрямил ноги, но легче не стало. Сейчас начнется опять. Господи, чем же его рвет, если он не ел уже два дня?.. Собственными внутренностями, что ли?! Спазм сжал горло, но он сумел сдержать себя. Не здесь: и так кислый запах его рвоты, казалось, насквозь пропитал стены погреба. — Женя… позови… Евгений, сидящий у противоположной стены, с тревогой взглянул на товарища. В свете тусклой лампочки желтое лицо Николая с провалившимися щеками, черными впадинами запавших глаз напоминало череп. Волоха и Саймон даже не пошевелились. Евгений поднялся, подошел к лестнице и, встав на вторую ступеньку, ударил ладонью о почерневшую скользкую древесину квадратного люка. — Эй! Кто-нибудь! Мусса! Их похитители дежурили по двое: вчера — Али с мальчишкой. От этих вообще было мало пользы: удалившись в другую комнату, они с утра до вечера резались в нарды. Будешь сдыхать — не подойдут. Значит, сегодня в доме Мусса и Закир. — Мусса! Сверху не раздалось ни звука. — Мусса! Над головой Зимина послышались шаги. Загремел запор, массивный люк откинулся вбок. В отверстии показалась голова Муссы. Он настороженно взглянул на Зимина, держа наизготовку «Калашников», как будто они, ослабшие и истощенные до крайней степени, могли что-нибудь сделать! — Ну што апят? Евгений кивком головы указал на лежащего. — Его сейчас тошнить будет. Выведи, а! — Апят этот? Ну, бля! Охранник просунулся чуть дальше и заорал: — Эй ты! Вставай, черт тебя побери! В яма блевать будэш! Твою мать, грязный русский сволочь! Пак — так они называли между собой пакистанцев — говорил с сильным акцентом, и только ругательства выходили у него очень чисто. Он как-то сказал им, что русском

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Николай склонился над ямой, через которую были переброшены две доски. Сейчас, сейчас его желудок выбросит скопившийся в нем яд. Где-то он читал, что с помощью рвоты организм избавляется от токсичных веществ. Но почему тогда после этого ему не становилось легче?

Только бы не закружилась голова, только бы не свалиться в эту зловонную, наполовину наполненную нечистотами яму. Сейчас…

— Ну? — нетерпеливо бросил за его спиной

пак.

В следующий миг послышался негромкий звук, потом еще — словно несколько кокосов один за другим упало на землю по эту сторону забора. Только эти «кокосы» почему-то шипели, изрыгая клубы густого белого дыма, быстро заволакивавшего двор.

Раздался треск пулеметной очереди. Мусса инстинктивно присел, развернулся, рванул затвор автомата. Но стрелять не стал.

Через стену карабкались вооруженные люди в пятнистом камуфляже пакистанского спецназа.

Весь ее уютный и привычно спокойный мир разрушился в одну секунду.

В ту самую, когда она увидела своего мужа входящим в гостиницу «Турист» с высокой стройной блондинкой.

Сначала она увидела его со спины и подумала: «Вон у того мужчины с

фигуристой

спутницей замшевая куртка точь-в-точь, как у ее Николая. — Потом по инерции продолжила мысль: — И брюки тоже». Правой рукой он обнимал блондинку, в левой держал изящный кожаный «дипломат». Точно такой Алла подарила мужу в прошлом году на день рождения. «Надо же!»

Тут пара повернула к гостинице, и, увидев мужчину в профиль, Алла поняла, что это и есть он, Николай.

Было десять часов утра, и ее любимый супруг должен был сидеть в офисе своей фирмы за компьютером, отбивая очередное письмо потенциальным покупателям или скачивая из Интернета прайс-листы интересующих его компаний.

Но он не сидел. Он шел, обняв блондинку, и перед тем, как они скрылись в фойе гостиницы, до Аллы донесся ее мелодичный смех. Им было весело.

Алла замедлила шаги, потом остановилась.

Почему-то подумала о его брюках: вчера вечером она тщательно отгладила их для того, чтобы Николай, как всегда, безукоризненно выглядел перед боссом, сослуживцами. Выходит, она старалась не для сослуживцев, а для — любовницы?

Как-то сразу, в один миг, ей расхотелось… все.

Идти в издательство. Встречаться с коллегами. Садиться за вычитку текстов. Делать перерыв на десятиминутную прогулку с Валентиной в небольшом, уютно-зеленом сквере. Пить кофе. Радоваться тому, что сегодня пятница и завтра можно будет подольше поваляться в постели, а потом не торопясь заняться накопившимися домашними делами…

Она вытащила из сумки мобильник и, поколебавшись самую малость, позвонила на работу.

— Доброе утро, Валя, — она помедлила, не зная,

что

сказать и

как

сказать. Ничего путного в голову не пришло, и Алла просто сообщила: — Я сегодня… не приду.