ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Второй шанс Кэрол Грейс Омываемый потоками проливного дождя, старенький автобус уныло притормозил у придорожной станции Сэконд-Ченс * штата Вайоминг. Молоденькая запыхавшаяся пассажирка ворвалась в безмолвие дремавшего салона. Длинное белое платье из невесомого атласа прилипло к стройной фигурке, а девушка с трудом переводила дыхание. Едва сдерживая слезы, она упала на ближайшее сиденье. — Куда вам, леди? — небрежно осведомился шофер, словно ему приходилось ежедневно подвозить сбежавших невест. — Мм… в Чикаго. — Я еду до Шайен, — бросил парень через плечо, — там вы можете пересесть. Загадочная пассажирка кивнула. Поезжай скорее, умоляла она про себя, пытаясь разглядеть что-то впереди, не замечая стекающих по лицу холодных капель с мокрых волос. Пожалуйста, трогайся, ну же, пока я не потеряла самообладания. Пока я не выскочила и не побежала обратно в церковь. Пока я не совершила ошибку, о которой буду сожалеть всю свою жизнь… Словно в ответ на ее беззвучную мольбу, задремавший было мотор пробудился, нарастающим ревом возвещая о начале движения. Стекла откликнулись привычным дребезжанием, но она не посмотрела ни вправо, ни влево, пока Главная улица не скрылась за поворотом. Хотя потом пожалела, что не закрыла глаза. Он стоял на обочине дороги и смотрел на нее сквозь водяные струи, льющиеся с широкополой ковбойской шляпы, сжав губы в одну напряженную линию. Их глаза встретились, и сердце девушки словно замерло на месте. Дыхание мгновенно перехватило, а мысли умчались в никуда. Сверлящий насквозь взгляд отражал все его мысли. Как она могла? Как она могла так поступить с ним после этой ночи? Самой невероятной ночи для них обоих. После того, как они впервые любили друг друга. В первый и последний раз… Желудок Маргарет болезненно сжался, когда на память пришли его жаркие поце

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как он не догадался, что встретит ее здесь?

Маргарет судорожно вырвалась из его рук и отшатнулась, словно коснулась оголенного электрического провода. Она судорожно втянула воздух, как будто испытывая удушье. Нет, она не была готова к тому, что он вдруг появится здесь и будет стоять вот так, возвышаясь над ней, и угрожающе сверкать глазами, едва сдерживая ярость. Господи, со своими широкими плечами под потертым кожаным пиджаком и мускулистыми бедрами, плотно обтянутыми выцветшими джинсами, он буквально излучал физическую силу и неприкрытую мужественность.

— Я приехала на похороны, — сказала она.

— Класс. — Он буквально кипел изнутри. — Смыться со свадьбы и вернуться на похороны.

Кровь отхлынула у нее от лица.

— Я понимаю, что ты тогда чувствовал… но я надеялась…

— Я тоже. Я искренне надеялся, что никогда больше не увижу тебя.

Она вздрогнула, как от удара.

— Я надеялась, мы сможем остаться друзьями, — пробормотала Маргарет и скользнула ладонями по юбке вниз.

— И не мечтай, — отрезал мужчина. — У меня уже есть целая куча полезных друзей. Хотя я могу сообщить тебе, если в ней появится брешь. Оставь свой номер телефона. И не звони сама, я позвоню, если будет нужно.

От взгляда Коуди не ускользнуло, как она облизнула нижнюю губу. Нервная привычка. И сразу лавина воспоминаний обрушилась на него. Их губы, горячие и нетерпеливые, дикий танец языков… Но и сейчас одного только взгляда на нее оказалось достаточно, чтобы он ощутил болезненный прилив желания.

Нет, он не позволит себе ничего лишнего. Даже если она будет умолять его. Пусть и не надеется.

Маргарет переступила с одного высокого каблучка на другой.

— Ты имеешь право злиться на меня.

— Злиться? С чего это вдруг я должен злиться? Я даже не помню, почему и как давно, собственно, ты уехала.

— Шесть лет, — произнесла она, — три месяца и семнадцать дней.

Если бы Коуди не знал всего, он бы подумал, что Маргарет считала дни. И что она думала о нем. Так же, как он думал о ней в каждый из этих долгих дней. Но он знал. Благодаря тетушке о Маргарет говорили как о любимице всего города, добившейся больших успехов, социальных и профессиональных.

— Надо же, как давно, — холодно заметил он. — Да, воистину время летит незаметно, когда развлекаешься.

— Это ты о себе? — Вопрос прозвучал так колко, что давно похороненные чувства ударили с новой остротой, заставив Коуди судорожно глотнуть воздух, чтобы не потерять самообладание.

— А о ком же еще, черт возьми? Разумеется, обо мне. — Он небрежно сунул руки в карманы и уставился на нее, слегка прищурившись. — Ну а ты как?

Хотя нет, стоп, он не желает ничего слышать — ни о ней, ни о ее новой жизни. И без ее рассказов ясно, что это за жизнь: вечеринки, друзья… А в подробностях он не нуждается.