Договоримся так: в конце сезона встречаемся в Уреме. Может, к тому времени передумаешь. Знай одно: Пирату в нашей семье будет хорошо.
«Костенька, милый, здравствуй! Ты хочешь ради Пирата обменять нашу комнату. Прости, но я по многим веским причинам никак не могу согласиться на обмен. Во-первых — и это главное — Наденьку, как тебе уже известно, приняли в школу с французским языком. Эта школа сейчас рядом. Ежедневно ездить ей, пусть даже на небольшое расстояние, будет хлопотно и трудно. Во-вторых, рядом с домом и место моей работы, которую я люблю и очень не хочу менять. В-третьих, на нашей улице живет моя больная мама, за которой нужен постоянный уход. Вероятность же того, что наше новое местожительство будет где-то неподалеку, крайне ничтожна. И еще: квартирный обмен — процесс трудный, как правило, длится месяцами, а то и годами. Где же в это время будет жить твой Пират?...»
В первых числах октября бесчисленные отряды геологов съехались в Урему. Особых происшествий за это время в отряде геофизиков, где начальником был Реутский, не произошло, если не считать единственного случая, чуть не стоившего Константину и Пирату жизни.
Однажды, шагая профилем, геолог вышел на таежную поляну и почти вплотную столкнулся с громадным сохатым. У лосей в это время был гон, а во время гона самцы опаснее разъяренного медведя. Константин не успел сдернуть с плеча карабин — зверь бросился на него со всех ног. Человек метнулся в сторону, зацепился за корневище и упал. Мощные рога громадины с треском вонзились в широкий ствол лиственницы. Сохатый рывком тотчас выдернул рога, развернулся. Затоптать рядом лежавшего человека было для него сущим пустяком.
Читать дальше
Так бы он и поступил, если бы не Пират. В длинном прыжке пес вцепился в горло зверя, повис на зубах. Сохатый завертелся на одном месте и помчался с живой ношей на шее неведомо куда. Опомнившись от испуга, Константин подхватил карабин и бросился следом — спасать собаку. Бежал он долго. И чуть было не наступил в чертоломе на Пирата. Пес лежал на земле со вспоротым боком. Рана, оставленная рогом сохатого, была страшная, кровь из нее била фонтаном. Геолог перетянул разодранной рубахой рану и двенадцать километров до стоянки отряда нес собаку на руках. И в мыслях уже простился со своим верным товарищем. Но жизненные силы Пирата оказались столь велики, что, пролежав в палатке всего неделю, он вновь вышел с хозяином на профиль. «Зажило, как на собаке»,— шутили геологи.
Сергей Караулов встречал Константина на аэродроме. В Урему из тайги он приехал раньше коллеги, мог бы уже улететь в родной Ленинград, но не улетел: ждал Константина с Пиратом.
Шагая к палатке-общежитию, геологи говорили о чем угодно, только не о собаке.






