ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Простые истины Модин Мун Двое в гражданском стояли у дальнего конца стойки бара. Войдя, Мэг настороженно глянула на незнакомцев. И безошибочно определила — полицейские. Они не за мной. Они не могли прийти за мной, твердила себе Мэг; одновременно она старалась изобразить на лице невинное любопытство и легкую озабоченность. — Доброе утро, — приветливо поздоровалась она. — А Патрик… — Мэг окинула взглядом ярко освещенное помещение, и ее охватила настоящая тревога. — …Патрик Макбин ведь здесь? Полицейский помоложе улыбнулся дежурной улыбкой и привычным жестом козырнул удостоверением. — Да, он у себя. Мэг удивленно повела бровью. — Что-то случилось? Полицейский постарше, типичный коп, из тех, что снились ей в самых кошмарных снах, скользнул взглядом по черным брюкам и по белой блузке Мэг. — Официантка? — Дневной бартендер, — ответила Мэг и направилась было к стойке, обходя его. — Ничего не трогайте. — Что? — Мэг уже потянулась за фартуком, но замерла. — Ничего не трогайте, пока не приедет группа и не снимет отпечатки. Мы также возьмем и ваши для сравнения. Черт! Господи! Только не это. Детектив насторожился. — У вас уже брали отпечатки пальцев, мисс… — Уилсон. Мэг Уилсон. Да, у меня вообще-то уже были неприятности с отпечатками. Но поскольку мое нежелание проходить дактилоскопическое освидетельствование основывается на моем собственном толковании конституционных прав, я не думаю, что оно покажется вам хоть сколько-нибудь убедительным. Я права? Заткнись, Мэг. Кто тебя за язык тянет? Нашла время дергать тигра за усы. — Не правда ли, она умеет постоять за себя? — Патрик вышел из служебного помещения и по-дружески положил руку на плечо Мэг. — Клянусь, она найдет подход к любому клиенту. — Владелец бара едва заметно сжал плечо Мэг. Предостережение? — А теперь, дорогая Мэг, скажи

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И всю начальную школу училась со скрипом.

— Вот уж не поверил бы!

— Джеймсу и Одри тоже не верилось. Особенно Одри. Раз за разом она вдалбливала мне, что я должна учиться лучше, что я, их дочь, не вправе позорить их доброе имя, что они сделали мне великое одолжение, удочерив…

— Есть много уважительных причин, по которым неглупый ребенок плохо учится в школе.

Мэг вздохнула, благодарно улыбнувшись ему.

— Спасибо на добром слове. Да, теперь-то я понимаю, что на самом деле не давала им и повода к недовольству… Скажи-ка мне еще раз, когда я родилась?

— Двадцатого января.

— Значит, Мэг Карлтон исполнится двадцать девять?

— Да.

На глаза Мэг навернулись слезы. Из свидетельства о рождении Маргарет-Энн Стемпл ясно как день, что всего пять месяцев назад ей исполнилось тридцать лет.

Ламберт не проронил ни слова. Встревоженная, Мэг подняла голову. Он неотрывно смотрел на нее; взгляд его был сосредоточенным; в руке он вертел золотую ручку.

— Мне начинает казаться, — наконец, заговорил он, — что Джеймсу и Одри придется за многое ответить. За «труды праведные», за воспитание чужого ребенка, за то, что они не холили и не лелеяли этого ребенка, раз уж он у них появился.

Лелеять! Да, именно так Мэг относилась к собственному сыну. Но как странно слышать такое слово из уст того, кого, похоже, самого никогда не любили.

Читать дальше

— А как они ладят с Дэнни?

Мэг сначала не расслышала его вопроса. А услышав, помрачнела.

— Никак, — отрезала она. Ламберт коснулся наболевшего. — Они не видели Дэнни.

Мэг встретилась с Блейком Уилсоном еще школьницей в старших классах. Уже тогда она была худющей — сплошные ноги, руки, локти и коленки — и отчаянно тосковала по человеческому вниманию. Потому и поверила всему, что насочинял ей Блейк.

— Они не одобрили моего выбора, — продолжала она. — Предупредили, чтобы я не вздумала проситься обратно, когда наша супружеская жизнь не задастся. Когда же она и в самом деле не задалась, я… я не вернулась.

— А отец мальчика?

— Причина наших скитаний.

Ламберт сидел тихо, он больше не играл ручкой.

— Он распускал руки, — призналась Мэг. — Когда он нашел нас в последний раз, два года назад, он сломал Дэнни руку.

— Подонок в тюрьме? — ледяным тоном осведомился Ламберт.

Мэг окинула взглядом роскошную обстановку. К ней постепенно приходило сознание всей мощи и богатства Карлтонов. Их хватит, чтобы Лукас Ламберт-шериф защищал ее и ее сына. Но поверит ли ей Лукас Ламберт-человек?

— Нет.

Ламберт положил блокнот на разделявший их стол, рядом легла и золотая ручка.

— Почему?

— Мы были в Дэнвере, — бесстрастно продолжила она рассказ. — В палату «скорой помощи» вошел офицер полиции, приятный молодой человек. Я обратилась к нему с жалобой. К тому времени в клинику заявился Блейк. Он бывает иногда… очень убедителен.