ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Полюбить врага Шона Делакорт — Что, ты говоришь, она сделала? — Ошарашенный Джаред Стивенс сбросил неги с крышки своего огромного дубового стола и вскочил. — Она порвала письмо в клочки и бросила их мне в лицо. Потом, прежде чем хлопнуть дверью у меня перед носом, она заявила, цитирую: «Скорее ад замерзнет, прежде чем кто-нибудь из семьи Стивенс получит от меня хоть одно пенни!» Она также сказала, что все долговые обязательства ее отца по отношению к фирме «Стивенс» закончились с его смертью. — Его поверенный в делах Грант Коллинз стоял по другую сторону стола; на его обычно невозмутимом лице застыло выражение полной растерянности. — Никогда ни о чем подобном не слышал! Джаред вспыхнул гневом. — Что это она себе позволяет? — раздраженно выпалил он. — Тогда ты… — Он замолчал, сделал глубокий вдох и провел руками по своим густым темным волосам. Сузив глаза и нахмурив брови, он что-то прикидывал в уме. — Ничего. Я сам разберусь, — наконец проговорил он, давая понять, что разговор окончен. Как только поверенный вышел, Джаред плеснул себе в чашку кофе и уселся в глубокое кожаное кресло. Взяв со стола папку с документами, он некоторое время листал их, потягивая кофе, потом откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. У него не было ни времени, ни терпения, чтобы возиться с этими старыми делами между его отцом и Полом Доналдсоном. Тяжба между Стивенсами и Доналдсонами продолжалась уже на протяжении трех поколений. Он устал от нее, ему было все равно, кто начал спор и по какой причине. Не собирался он и выяснять отношения с дочерью Пола Доналдсона. Если будет оплачен вексель на двадцать две тысячи долларов, он может вообще закрыть это дело. Никакого личного интереса для него в нем не было. Джаред сделал большой глоток кофе и задумался. Он никогда не встречал Кимбру Доналдсон, но

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Легким движением он провел кончиками пальцев по ее щеке и запутался в волосах. Потом мягко прикоснулся губами к ее губам. Он соблазнял ее, и она попыталась как-то прекратить, остановить этот процесс. Она и жаждала, и одновременно боялась того, что могло произойти. Она не хотела становиться его игрушкой.

Он придвинулся ближе. Ким закрыла глаза в попытке отгородиться от образа этого соблазнителя. Но это было все равно что поставить преграду океанскому приливу.

Гладя Ким по щеке, Джаред почувствовал, как она напряглась. На ощупь ее кожа была мягкой, гладкой и шелковистой. Волосы напоминали тонкий золотистый шелк. Было в этой женщине что-то такое, что воспламеняло его желание и затуманивало разум. Он хотел обладать ею: коснуться каждой клеточки ее тела, узнать ее всю. Он скользнул ладонью по ее шее, мягко притянул к себе голову и коснулся губами ее губ.

Через мгновение тело Ким напряглось. Широко раскрыв глаза, она отступила на два шага, чтобы быть подальше от него. Он заметил неуверенность и страх в ее глазах. И ощутил внезапное потрясение. Страстно желая продолжить то, что начал, он вовсе не хотел снова создать неловкую ситуацию, тем более — обидеть.

Он протянул руку, слегка коснулся ее щеки и отступил. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, он взглянул ей в глаза, перевел взгляд на ее прекрасные соблазнительные губы.

В ответ на ее немой вопрос он сказал:

— Вы правы, займемся-ка лучше ужином.

И, взяв с полки бутылку вина, жестом предложил ей подняться по лестнице.

Через несколько минут они уже готовили ужин. Джаред открыл бутылку вина и положил кусочки мяса на гриль. Ким в это время занималась салатом. Они сдержанно беседовали на нейтральные темы. Когда все было готово и можно было садиться за стол, Джаред взял Ким за руку, притянул ее к себе и тихо, ласково сказал:

— Я очень люблю долгие летние дни. Сегодня, кажется, будет красивый закат. Давайте поужинаем на свежем воздухе.

Джаред поставил на поднос две тарелки, два бокала и бутылку вина. Через раздвижную стеклянную дверь они вышли из столовой на открытую террасу. Он накрыл стол, усадил Ким и разлил вино по бокалам.

— За плодотворное лето, — сказал он, подняв свой бокал. Помолчал, склонив голову набок и держа бокал в руке, потом вопросительно посмотрел на Ким.

Читать дальше

Та наморщила лоб:

— За познавательное лето.

— И за возможность лучше узнать друг друга, а может быть, и разобраться окончательно, в чем же причина этой злосчастной междоусобицы двух семей. Наше поколение должно покончить с нею.

Они сдвинули бокалы. Он отпил глоток. На закатном солнце ее волосы стали совсем золотыми, а в голубых глазах появились золотистые искорки. В этот момент она была воплощением прежде неведомой ему красоты. Он видел ее неуверенность — она явно не знала, что делать.