Следуя в направлении, указанном Скай, Диана свернула с широкой центральной аллеи к одному из боковых крыльев новой конюшни.
Диана сняла перчатки и поправила шарф, укутывавший шею. Теперь она готова начать работу.
Ее мать, звезда сцены, научила дочь сохранять присутствие духа, даже когда в душе бушует шторм.
Возле второго от конца стойла, собрав все свое самообладание, Диана остановилась. Отсюда она могла видеть только хвост большой лошади. Красавица из Кентукки, догадалась она. Хотя и не в самом выигрышном ракурсе.
Читать дальше
Когда она приблизилась, сердце забилось быстрее. Неужели лошадь не привязана? Но затем Диана услышала голос. Слишком тихий, чтобы разобрать слова, хотя она узнала низкий певучий тон. И увидела его. Это был все тот же Макс, которого она так тяжело и так долго пыталась забыть.
В замшевой куртке и шляпе с широкими полями он выглядел типичным ковбоем. Когда она так называла его, это забавляло Макса. Скотовод — вот термин, которым пользуются в Австралии. Макс работал на отдаленных ранчо, принадлежавших его семье. Но не меньше времени он проводил за письменным столом, занимаясь бизнесом.
Диана напомнила себе, что Макс Форчун может по-прежнему носить ковбойскую шляпу. У него могут быть длинные волосы, которые завитками выбиваются из-под широких полей. Но за десять лет многое изменилось.
Многое, но не реакция ее тела на этого мужчину. Когда Диана следила за большой рукой, гладившей блестящую шкуру кобылы, ее бросило в жар.
— Ты все делаешь правильно, любимая, — бормотал он. Голос такой же томный, как медленное движение руки.
Диану начало трясти. Словно почувствовав что-то, Макс начал поворачиваться к дверям стойла. Она заметила его небрежную усмешку, и ее горло сжалось.
Это не была усмешка незнакомца, которого Диана встретила на приеме. Это была улыбка любовника, которого она помнила. Быстрая, дразнящая, веселая.
И тут он увидел ее. Улыбка немедленно исчезла. Выражение лица стало холодным, точно февральский рассвет в Дакоте.
— Диана.
Только имя, и тон сухой.
Но как бы то ни было, она получила ответ на свой невысказанный вопрос. Конечно, Макс узнал ее. А значит, нечего и думать, будто его поведение на приеме — случайность. Нельзя сказать, что это открытие не обидело ее. Но сегодня он — ее клиент. Надо забыть об их прошлых встречах, недавней и давних, и сосредоточиться на работе.
— Это та кобыла, снимок которой ты хочешь получить?
— Ты фотографируешь лошадей?
Она прикусила губу, чтобы сдержать моментальный ответ: «Что, так трудно поверить?» Все было написано на его лице. Давным-давно Макс высмеивал ее диплом по искусству, дразнил за образ жизни девушки из общества и неумение написать резюме, чтобы получить работу. Теперь у нее есть шанс показать, что она умеет делать что-то практическое.






