Теперь, узнав все, я могла считать себя совершенно свободной...
— И что же ты сделала? Порвала с ним сразу же?
— Нет, я была потрясена и подавлена. Страшнее всего был его цинизм. Мои родители оказались правы. Эндрю очаровывал многих, но не смог обмануть их. Придя домой, я решила написать ему письмо и покончить с этим. Но на следующий день он погиб, катаясь на водных лыжах. В какой-то момент мне даже показалось, что это я накликала беду. Но потом возникла другая проблема: все вокруг считали, что мое сердце разбито, и старались меня утешить, а на самом деле...
— Я понимаю, что ты имеешь в виду.
— Понимаешь?
— Да. Бессмысленно и бестактно плохо говорить о мертвом, поэтому, скрывая истинные чувства, ты вынуждена была принять все соболезнования. Ты кому-нибудь рассказала?
— Сначала только родителям, потом Фифе, лучшей подруге, и в конце концов Пирсу. Он знал Эндрю и не любил его. Он... — Она запнулась и тяжело вздохнула.
— Продолжай, расскажи мне о Пирсе, — попросил Джон. — Мне не нравится, что в твоих мыслях мой образ неразрывно связан с этим человеком. Ты действительно хотела выйти за него замуж?
Торри беспокойно поежилась.
— Не знаю, — честно призналась она. — Он был единственным, кто не поддался обаянию Эндрю и даже старался предупредить меня, но я не хотела его слушать. Пирс всегда понимал и поддерживал меня, и я... тянулась к нему... — Она нахмурилась. — Он был такой хороший и так любил меня. Его терпению можно было позавидовать... — Она вздохнула.
— Полная противоположность Эндрю.
— Думаю, что так.
— Но вместо того, чтобы принять его любовь, ты тянула со свадьбой, а после встречи со мной твои сомнения усилились? Так, Торри?
Она смотрела на воду.
— О да! — Она повернулась, сверкнув глазами. — Я была сбита с толку, боялась причинить ему боль. Ты понимаешь, почему... я так растерялась?
Джон сел и нахмурился.
— В девятнадцать лет, — сказал он, — все мы совершаем ошибки, причиняя боль себе и другим. Но сейчас тебе двадцать два, Торри, ты взрослая девушка. Возможно, тебе стоит трезво оценить свое прошлое и... посмеяться над собой.
— Никак не думала, что смогу обсуждать это с тобой, — удивилась Торренс.
— Напротив, лучше все выяснить сейчас. А что касается твоих способностей в постели, то зачем позволять незрелым юнцам влиять на твое представление о самой себе?
Девушка открыла было рот, чтобы ответить, но передумала. С ним трудно было спорить, тем более об этом. И она решила сменить тему.
— Расскажи мне о Грейс.
Улыбка мелькнула на его губах.
— Я знаю ее... Дай-ка подумать... шестнадцать или семнадцать лет.
— Такая старая дружба, — не без иронии заметила Торри.
— Какое-то время, — Джон спокойно встретил ее взгляд, — она была для меня больше, чем другом.
— Ты... имеешь в виду? — Ее глаза округлились.
Джон кивнул.






