ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Забава Эва Киншоу Торренс Гилл была молодой красивой девушкой с темными блестящими волосами и серо-голубыми глазами. Живая широкая улыбка часто озаряла ее лицо, лишая классически правильные черты холодности и надменности. Она решила провести свой отпуск в каком-нибудь уединенном пустынном месте. Работая дизайнером интерьеров и постоянно имея дело с привередливыми, а часто просто глупыми и лишенными вкуса заказчиками, она устала от общения с людьми и испытывала потребность расслабиться. Суета большого города утомила ее. Торри хотелось остаться наедине с природой, поехать туда, где есть море и скалы. Ее отец, сэр Рональд Гилл, отставной генерал, и преданная ему очаровательная леди Энн в свое время много путешествовали. Они посоветовали дочери снять виллу у мыса Ветров. Девушка решила поехать туда одна, без жениха. Она была помолвлена с Пирсом Хоквудом, худым и нескладным милым юношей, чьи глаза загорались каждый раз, когда он говорил о химии. Он уже давно был влюблен в Торри и не раз пытался предупредить ее, что бурный роман с Эндрю не приведет ни к чему хорошему. Поэтому, пережив разочарование в возлюбленном и его нелепую трагическую смерть, девушка с благодарностью приняла поддержку верного друга и его предложение руки и сердца. Но она почему-то все время оттягивала свадьбу, а Пирс терпеливо ждал. И сейчас ей хотелось побыть одной, побродить по пустынному пляжу, любуясь последними лучами заходящего солнца, и, разобравшись в своих чувствах, принять окончательное решение. Торри взбиралась на вершину скалы, цепляясь руками за ветки кустарника. Песок и мелкие камешки сыпались у нее из-под ног, но она упорно двигалась к цели. Вдруг девушка споткнулась и присела, вскрикнув от боли. Осмотрев пятку, она увидела, что засадила огромную занозу. Торри попыталась ногтями ухватиться

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Ничего, что я накрыл стол в гостиной?

— Очень хорошо. Мы сможем посмотреть новости или что-нибудь еще.

Он даже наполнил серебряное ведерко льдом, заметила девушка, и откупорил бутылку вина.

Они сидели рядом на диване, и, благодаря «Серенаде солнечной долины», что показывали по телевизору, Торри смогла расслабиться и даже временами смеялась.

— Фильм немного старомодный, но милый, — оправдывалась она, отодвигая тарелку.

Джон встал и собрал грязную посуду.

— Я позже уберу, — сказала девушка, но он пропустил ее замечание мимо ушей и, оставив на столе только вино, удалился на кухню.

Она услышала журчание воды и поняла, что он моет посуду. Через пару минут Торри поднялась, чтобы включить другую программу, но не нашла ничего интересного и выключила телевизор. Наступившую тишину нарушил звук хлопнувшей дверцы сушки.

Джон появился, одетый в шорты, и, встретив его взгляд, она вся покрылась мурашками в ожидании новой схватки...

— Что дальше? — спросила она, глядя прямо ему в глаза.

Потянувшись через диван, он налил еще вина и сел.

— Выбирай, я на все согласен. — Он поднял бокал, заглядывая ей в лицо.

Торри немного подумала и решила сказать правду:

— Я бы хотела просто отдохнуть.

Он вопросительно посмотрел на нее.

— Ты думаешь, это возможно?

— Я... я... хотела бы, — повторила она, сама удивляясь своей настойчивости.

— Просто сидеть и предаваться размышлениям?

— Если ты не возражаешь, — сказала она, быстрым движением откидывая волосы с лица.

— Я не намерен докучать тебе своим обществом, Торри, — бросил он.

— Возможно, мне удастся объяснить тебе... — Она долго смотрела на золотистое вино, потом подняла глаза на Джона. — Во всяком случае, попробую. Если нам удастся так построить свою семейную жизнь, что она не будет похожа на брак твоих родителей, то, возможно, пройдет время, и нам станет легко вместе. Уйдет это проклятое напряжение, ты сможешь расслабиться, отдохнуть рядом со мной, и мы будем относиться друг к другу с нежностью, доверием, пониманием и даже юмором.

— Согласен, — кивнул Джон. — Но для этого достаточно просто хотя бы раз заняться любовью...

— Я говорю не об этом, — перебила Торри.

— Уверяю тебя, это так, — настаивал он.

— Заняться любовью, — с иронией заметила она, — означает секс.

Он пожал плечами.

— Именно это — основа всех человеческих чувств.

— А если, — медленно начала Торренс, — другие чувства не возникнут, ты... аннулируешь наше соглашение?

— Нет.

— Просто... нет?

— Боюсь, что так.

— А ты не боишься, что мы повторим ошибку твоих родителей? — спросила она задумчиво.

Джон, помолчав, ответил:

— Их неудачный опыт, в любом случае, сыграет нам на руку, потому что мы невольно будем учитывать его и нести ответственность за наш брак.

Она покачала головой.

— Но не перед собой, а перед обществом.