Только Митька почти с первого дня водворения у Крысы взял его под свою опеку, и нельзя сказать, чтобы опека эта была шуточной.
Красавчику хуже всех жилось у Крысы. Нежный, хрупкий и беззащитный мальчик терпел постоянно обиды от товарищей, да и от старухи ему доставалось больше, чем другим.
Он довольно равнодушно сносил побои, что крайне возмущало Крысу. Кроме того, красивое лицо мальчика, странно-раздражающе действовало на старуху, а вечно-грустные, большие карие глаза приводили ее в бешенство. Вообще у Красавчика была странная наружность, не соответствующая обстановке, в которой он вращался. Временами казалось, что он походил на принца, вздумавшего, прихоти ради, облачиться в лохмотья и опуститься на дно жизни. Это-то и возмущало Крысу, зачастую колотившую мальчика без всякого повода. Точно хотелось старухе отвести душу на нем, выместит на красивом ребенке свое уродство, свое безобразие, с детства доставшееся в удел. И она издевалась над ним:
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
— Ишь красавчик какой выискался! Уж я разукрашу тебя, будешь доволен!
Иногда она устраивала целые представления к великой потехе ребятишек. Вечерком, на досуге, осушив добрую половину полштофа, старуха подзывала к себе Красавчика.
— Поди-ка сюда, миленький. Чтой-то я тебя день-деньской не видывала, соскучилась даже. Ну, поди же к тетке-то, племянничек родненький. Красавчик мой…
Голос у старухи звучал притворной нежностью, а глаза смеялись и скрывали в себе какой-то хищный огонек — предвкушение злорадного удовольствия.
Заслышав старуху, со всех углов квартиры начинали собираться ее маленькие обитатели, бросив орлянку и три листка, так как предстоящая потеха над Красавчиком обещала куда больше удовольствия, чем эти повседневные игры.
Красавчик не спешил на зов родственницы, а старался забраться подальше в какой-либо темный уголок, а то и вовсе выскользнуть из квартиры. А Крыса между тем жаловалась:
— Ну, видите, какой племянничек-то у меня… Нет того, чтобы подбежать к тетке, обнять да поцеловать… Прячется… Ох, горе мое!
И вздох старухи покрывался смехом восторженных слушателей: так комично разыгрывала Крыса роль любящей родственницы.
— Маешься день целый, — продолжала старуха, — рада хоть вечерком-то душу отвести с родственничком. Мишенька, где ты, родимый?
Пауза. Старуха сокрушенно качала головой и прислушивалась, точно ждала отклика.
— Не идет. Уж вы, ребятишки, разыщите мне его, а то стосковалась я.
Мальчишки только этого и ждали. Со смехом, целой оравой кидались они и волокли бледного, дрожащего всем телом мальчика к Крысе.
— Не идет, тетка Палаша, упирается!
— Упирается? Экий ведь непокорный! К тетке родной не идет!..






