– В то время у него было две кредитных карты. За прошедшие три года этот парень никак не проявил себя. Он ни разу не позвонил своему другу, ни разу не связался с командиром группы. Три года назад на счету у него было в общей сложности шесть тысяч долларов. Он забрал их в тот же день, когда уволился из полиции. Еще на его имя был зарегистрирован пикап. Машину он продал Деррику Минзу, жившему с ним по соседству. Продал за восемь тысяч долларов. Кроме того, на имя Уолкена были зарегистрированы девятимиллиметровый «смит-и-вессон» и полуавтоматический «ремингтон». По словам его друга, у Уолкена имелось также охотничье ружье, а еще револьвер двадцать второго калибра, принадлежавший некогда его отцу.
Читать дальше
– Парню нравится оружие.
– Вы правы. Уолкен – опытный снайпер, а во время службы в армии он научился работать со взрывчаткой. Вдобавок до перехода в группу захвата он проходил обучение у наших саперов. Совершенно очевидно, что живет он в Саванне или ее окрестностях, однако никому, кроме тебя, он ни разу не попадался на глаза.
Она устало покачала головой.
– Просто не знаю, что мне делать. Моя задача – вести переговоры, а не разыскивать преступника.
– Загадка есть загадка, Фиби. Тебе нужно собрать детали головоломки.
– Некоторые у меня уже есть. Уолкен винит меня в смерти Анжелы Брентайн – возможно, потому, что больше ему некого винить. В тот день он был в группе захвата, Дейв. Они окружили банк и ждали, пока им дадут команду действовать. Мы не знали имен заложников, не знали, кто конкретно ранен. Все эти часы Уолкен ждал у банка и не знал, что Анжела там, внутри. Что ей осталось жить всего ничего.
– Не справился с ситуацией, – кивнул Дейв. – Ланселот не смог спасти Гвиневру.
– Вот с этим-то он и не может смириться. Он был там и ничего не сделал. Ждал, пока она истекала кровью. Это я заставила их ждать. Я уговаривала грабителей сдаться, и они в конце концов вышли – с поднятыми руками. Они остались жить, а Анжела умерла. И все из-за тех решений, которые принимала я одна. Вот во что он верит – во что он заставил себя поверить. Одного я не могу понять: как эта информация позволит нам найти его?
– А почему он похитил Роя?
«Думай, – сказала себе Фиби. – Пытайся понять ход мыслей Уолкена».
– Рой имел ко мне непосредственное отношение – мы были женаты, у нас общий ребенок. Муж – это символ. Но добраться до Брентайна было куда труднее, чем до Роя. Вдобавок Рой – это часть моей жизни. Уолкен хочет разрушить мою жизнь, так же как я разрушила его.
– Значит, дело не только в женщине, – Дейв потянулся за стаканом воды, который тут же подала ему Фиби. – Спасибо. Дело не только в женщине, – повторил он. – Был разрушен его собственный имидж. Он не справился со своей задачей.






