Вот почему он усадил в круг не всех заложников. Одного возвращаем, другого отправляем. Это избавит его от множества лишних хлопот. Тем не менее ему все равно придется быть начеку, так что вряд ли он захочет разговаривать со мной по телефону – слишком отвлекает.
Она кивнула.
– Но мы не намерены идти у него на поводу.
Пора, решила Фиби, пора начать свою игру. Она взяла телефон и нажала кнопку вызова.
– Надеюсь, это ты, сучка.
– Это всегда буду я, Джерри. Ты же знаешь, как все происходит. Мы не вправе лгать тому, кто захватил заложников, ведь это ставит под угрозу их жизни. Я здесь, чтобы слушать тебя, вникать в твои чувства и переживания, содействовать твоим требованиям.
– Да уж, ты была на редкость мила с теми ублюдками, которые застрелили Анжелу.
– Анжела была чудесной женщиной. Она любила тебя.
Читать дальше
– К черту. Тебе не было до нее никакого дела.
– Ты заставил меня взглянуть на все по-новому, Джерри. У меня тоже есть любимый человек. Возможно, ты думаешь, что я не заслуживаю любви, но это так. И я понимаю, что чувствовала тогда Анжела. Тебя я тоже могу понять. Даже не знаю, что бы я делала, если бы мой любимый умер.
– Тебе не понять наших чувств.
– Я знаю, что вы переживали нечто особенное. Нечто такое, что бывает лишь раз в жизни. Она носила твое кольцо, Джерри. В день своей смерти она носила твое кольцо.
– Что?
– Кольцо, которое ты купил ей в этом магазине. Наверняка она дорожила им. Я хотела, чтобы ты знал об этом, Джерри. Она носила твое кольцо, и это доказывает всем без исключения, что она была твоей.
– К дьяволу всех.
– Если бы что-то подобное было у меня, я бы хотела, чтобы об этом знали все остальные. Знали о том, как мы любим друг друга. Думаю, тебе тоже этого хочется, Джерри.
Последовало продолжительное молчание, во время которого она слышала только его дыхание.
– Не знаю, в курсе ли ты, но Рой никогда не любил меня. Ни меня, ни нашего ребенка. Можешь себе представить? И вот теперь, когда у меня есть любимый человек…
Она взглянула на Дункана и почувствовала себя еще сильнее. И эти чувства придали уверенности ее голосу.
– Теперь, когда у меня есть любимый человек, все в мире кажется иным. Сам мир кажется ярче и прекраснее. Скажи, ты тоже чувствовал что-то подобное?
– Она сделала мою жизнь особенной. Неповторимой. Она наполнила ее яркими красками. А теперь для меня все выглядит в черном цвете.
«Скорбь,
– записала она. –
Слезы».
Осторожнее, следует быть осторожнее. Иначе, ослепленный горечью, он может покончить со всем в ту же минуту.
– Она бы не пожелала тебе такой участи, Джерри. Анжела слишком любила тебя, чтобы обречь на тьму.
– Ты отправила ее туда. И я не хочу оставлять ее там одну.
– Она…
– Хватит! Заткнись! Не смей рассуждать о ней.
– Ладно, Джерри, я не хотела тебя разозлить. Прости.






