Давай еще короче: тебе налить?
- Наливай.
Вот и поговори с ним. Хотя мне, наверное, так даже лучше. Если Эшли будет командовать, я хотя бы избавлюсь от вечно ворчащих гномов, да и суицидальные вздохи Эландера порой дико утомляют. А к чему я все это? А, к тому, что на самом деле я по всем им ужасно соскучился и жутко рад видеть…
- Малыш, ты чего? Придушишь ведь…
Ровный голос графа вернул меня к действительности - в моих широких объятиях нервно пытались отдышаться два гнома и эльф. Увлекся, бывает… Редко, но если уж… Или все это от вина? Чушь, ааргхи не пьянеют!
- Чувствую, всем вам тут очень хорошо. - В подвал неторопливо спустился старина Трувор с двумя буханками хлеба. - Народ наверху расходится. А теперь введите в курс дела и меня. Никто не поверит, что вы, молодежь, чегонибудь не замышляя…
Читать дальше
Его слова прервал жуткий грохот! Впечатление было такое, словно на харчевню упал половозрелый мамонт, приняв ее за зазевавшуюся курицу. Трувор рухнул со ступенек носом об земляной пол, гномов стряхнуло с бочонков, стукнув головами, эльфа облило пивом, и только мы с Эшли удержались на ногах, хотя все вокруг тряслось и громыхало.
- Что происходит. Малыш?! Это конец света?!
Понятия не имею, чей это конец… Землетрясение прекратилось так же внезапно, как и началось. Повисла какаято неприятная, поособенному режущая уши тишина. Вдобавок с тонким, но нарастающим запахом гари. И бывший наемник первым понял, что это значит…
- Какая безмозглая сволочь посмела жечь мою замечательную харчевню?!!
Он ринулся на выход, но люк был чемто прижат снаружи. Я подключился, не дожидаясь незаслуженных обвинений в непроходимой тупости и вечном магните для бед. Кое в чем друг моего папы, разумеется, прав, но, когда ругается, вечно перегибает палку. Причем из любви ко мне. В смысле он сам так говорит. А я ему верю…
- Не копайся там, горе мое! Клянусь пушистой задницей Берлобога, если бы твой отец не вытащил меня, раненого, брошенного боевыми товарищами, изпод развалин пылающей башни вовремя… Да ломай ее на фиг! Ты ведь ааргх, примени силу!
Я послушно поднажал, и крышка люка рассыпалась на отдельные досочки.
- За ремонт вы мне заплатите отдельно, - абсолютно без всякой логики заявил лишенный чувства благодарности трактирщик и, отпихнув меня, первым рванулся наружу.
Я осторожно выглянул следом. Ну что можно сказать утешительного? Харчевни больше не было. На ее месте чернело и догорало здоровущее пепелище. Сгорело все! Стены, крыша, мебель - все, казалось, было в единый миг уничтожено одной невероятно мощной волной пламени. Даже большущая кирпичная печь на кухне и та сплавилась в дико неприглядный комок.






