И вот она, берлога! Вся в снегу, только «чело» курится, это медведь дышит, представляешь? Мы подходим против ветра, будим мишку – и тут уж не зевай!.. Ха-ха-ха! Завалим медведя – повесишь у себя в офисе голову. Все обзавидуются!
Они тяпнули еще по рюмочке, еще раз по-дружески обнялись, и полковник проводил гостя в его комнату на втором этаже. Люди Чижова еще не ложились. Они почтительно дожидались хозяина в коридоре, все четверо, покуривая и беседуя о завтрашней охоте. Все были люди городские, и в охоте смыслили мало. Однако признаваться в этом никому не хотелось. Намекали, что в свое время тоже побродили с ружьишком.
– Спать, братва! – скомандовал Чижов. – Командир сказал – завтра поднимет нас ни свет ни заря...
К часу ночи угомонились все. Маленькая лесная гостиница, освещенная мягким светом многочисленных галогенных ламп, погрузилась в сон. Отправился спать в сторожку даже часовой с автоматом. Ночью тут непрошеных гостей не ждали.
Чижов, сильно отяжелевший после съеденного и выпитого, кое-как разделся и рухнул поперек широкой, застеленной великолепной периной кровати. Глаза его слипались, мягкая кровать баюкала, как колыбель, искрящийся мягкий свет за окном действовал гипнотически. Чижов заснул. Все заботы и неприятности растворились в тишине и покое, которые казались незыблемыми, как сам суровый заснеженный лес за окном.
Пробуждение его было невероятным настолько, что Чижов не сразу поверил, что это пробуждение. Ему показалось, что он попал в ночной кошмар, вызванный неумеренным возлиянием. В страшном сне из темноты ночи возник черный призрак, который приковал его к постели тяжелыми цепями и замкнул его уста колдовской печатью. Нужно было срочно просыпаться, и Чижов задергался, захрипел, закричал, попытался вскочить – и все напрасно. «Да что же это такое? – промелькнула в голове довольно ясная для кошмара мысль. – Похоже, я и в самом деле связан? Но этого не может быть! Как могло такое случиться? Что за бред?»
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
Но это был не бред. Подергавшись немного, Чижов начал все четче осознавать, что находится в самом плачевном положении, и происходит это, увы, не во сне, а наяву. Он понял, что запястья его и лодыжки туго стянуты веревочными путами, а рот надежно заклеен полоской скотча. Пока он спал, кто-то ловко упаковал его, точно посылку, приготовленную к отправке.
Первым делом Чижову пришла мысль о таинственных звонках с угрозами. А что если они были куда более серьезным делом, чем он пытался себе это представить? Что если он напрасно отмахнулся от этой проблемы?
Но звонки были в Москве, а она далеко.






