ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дар богов Барбара Картленд Сестры Ганнинг, Мария и Элизабет, приехали из Ирландии в Лондон в 1751 году. Их немедленно провозгласили самыми прекрасными из ныне живущих женщин, но они были так бедны, что некоторое время им пришлось делить один наряд на двоих. В 1752 году младшая, Элизабет, обвенчалась с герцогом Гамильтоном шестым. Это произошло в половине первого ночи в Мэйфеерской часовне. Вместо обручального кольца у невесты было колечко от занавески. У Элизабет было два сына; оба стали герцогами Гамильтон, а после смерти мужа в 1758 году она вышла замуж за маркиза Лорна, который впоследствии стал герцогом Агилла. Старшая сестра, Мария, вышла замуж за графа Ковентри шестого. Мария была так прекрасна, что как-то раз в Гайд-парке ее окружила восхищенная толпа и не давала проехать. После этого случая король настоял, чтобы ее всюду сопровождала стража из четырнадцати солдат. У нее было пять детей, но умерла она в возрасте всего двадцати семи лет от чахотки, потому что ее здоровье было подорвано чрезмерным употреблением косметики, содержавшей свинцовые белила. Очаровательная мадам Вестрис была фавориткой многих знатных персон, и ее искушенность в делах любви ценилась наравне с ее профессиональными качествами. Она положила начало новому подходу к сценическому искусству, а ее ножки и смех были подобны сиянию солнца. 1821 год Когда изящная коляска отъехала наконец-то от дома и покатила по запущенной подъездной аллее, дочери сэра Адриана Уинтона с облегчением вздохнули. Последние несколько дней они с утра до ночи паковали вещи, готовя отца к отъезду в Шотландию. Сэр Адриан увлекался геологией и обожал писать умные, но ужасно скучные книги о скалах и камнях Британии, а потому, когда его давний друг, живущий в Шотландии, пригласил его в гости, пообещав свозить не только в Пертши

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она напряженно искала выход. Пригласить кого-нибудь пожить здесь, пока папенька будет в Шотландии… Ей отчаянно не хотелось уезжать из деревни, которую она любила, и торчать в Лондоне в обществе тетки Генриетты.

Им с сестрой уже доводилось дважды гостить у нее; оба раза Алиса изнывала от скуки, а Пенелопа назвала атмосферу, царящую в теткином доме в Ислингтоне, гнетущей.

Старшая сестра сэра Адриана задолго до того, как сам он женился, вышла замуж за офицера.

Армейская карьера генерала Ледбери была успешной и долгой. Сэр Адриан презрительно называл его «вояка в кресле», имея в виду, что он ни разу не был на поле боя, не нюхал, так сказать, пороху.

Выйдя в отставку, он получил орден и вскоре умер, оставив жене немного денег и ни одного ребенка. Возможно, именно поэтому леди Ледбери обожала делать людям добро и добывать деньги для миссионеров, увечных солдат и детей-сирот.

Каждый раз, приезжая к ней, племянницы обязаны были либо шить уродливую одежду для жителей каких-нибудь Богом забытых мест, наверняка предпочитавших обходиться вообще без нее, либо переписывать религиозные трактаты, поскольку перепечатку община считала чересчур дорогим удовольствием.

Посвятить подобным занятиям целых два, а то и три месяца — об этом Алисе было страшно подумать. Но так как отец ни в какую не соглашался разрешить своим дочкам остаться дома, Алиса, которая не любила с ним спорить, решила, что разумнее будет ему уступить, уповая только на то, что он скоро вернется домой.

Взглянув на стоявший у окна мольберт, Алиса с грустью подумала, что тетя ни за что не позволит ей тратить время на такое пустое, по ее мнению, занятие, как живопись. А если Пенелопе захочется что-нибудь для себя сшить, ей придется делать это украдкой, по ночам.

Алиса перевела взгляд на сестру и с удивлением увидела, что та улыбается и ее большие глаза весело поблескивают.

— Чему ты так рада? Что случилось?

— Мне пришла в голову замечательная идея! — ответила Пенелопа. — Вчера, после разговора с Элоизой.

Элоиза Кингстон была дочерью местного сквайра. До прошлого года сестры учились с ней вместе — пока ее не отправили в Институт благородных девиц.

Неделю назад она вернулась домой, и Пенелопа уже успела с ней встретиться, а у Алисы не нашлось на это времени: она была слишком занята, собирая отца в дорогу.

— Как хочется повидать Элоизу! — воскликнула Алиса. — Она рада, что снова дома?

— В конце этого месяца ее представят ко двору, — вместо ответа горько заметила Пенелопа.

Только Алиса знала, как обидно для Пенелопы то, что у Элоизы скоро появится возможность бывать на всех балах, приемах и раутах, а ей самой придется сидеть дома.

— Это нечестно! — повторяла она снова и снова.