Так страшно, что ноги прилипли к полу. В позвоночник тут же упёрся твёрдый палец Крысы и чувствительно подтолкнул вперёд. Пришлось двигаться. Утешением могло служить только то, что в дверях замешкавшийся Крыса сам получил по узкой прямой спине, только уже не пальчиком, а прикладом.
Они побрели по Белому коридору, по белоснежному мраморному полу, мимо белёных стен и глубоких арочных окон, полных мягкого сияния. Всё было как всегда, но спереди шли солдаты и солдаты дышали в спину. Потом они долго спускались по белейшей мраморной лестнице парадного входа. Лестница славилась отличными перилами, скользкими и широкими. Съезжать с них было категорически запрещено лично Главным Мастером.
Внизу, у выхода, обнаружился и сам Главный Мастер. Он стоял, прислонившись к могучим дверным створкам, сплошь покрытым золочёной резьбой. Стоял так, будто рассчитывал остановить эту вооружённую толпу. Великолепные седины, украшенные пышным хвостом средней длины, съехали на сторону, так что все желающие могли наконец убедиться – это действительно парик. Парик был испачкан кровью, по лицу Главного Мастера, заливая глаза, тянулись красные струйки.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
– Не надо… – беспомощно всхлипнув, выговорил он, слепо вытянув вперёд пухлые слабые руки, – не надо. Разве вы не видите… Это же дети…
– Государственные интересы требуют… – набрав в грудь побольше воздуху, начал было восторженный юноша, но в этот момент один из его соратников, не вступая в долгие споры, просто двинул Главного Мастера локтём в грудь. Тот отлетел в сторону, удержался на ногах, схватившись за перила, и осел вниз, жалобно, по-заячьи вскрикнув: «Лунь, вы же обещали… помните, вы…». Что именно обещал ему Мастер Версификации господин Лунь по прозвищу Крыса, так и осталось невыясненным.
Снаружи царила золотая пора середины октября. Ясное ярко-синее небо накрыло город сияющим куполом. Крепко пригревало полуденное солнце. Прохладный ветерок приятно щекотал кожу. По ветру медленно плыли пушинки чертополоха и тонкая осенняя паутина.
На тёплых ступеньках парадного входа на солнышке грелись ещё шестеро вооружённых людей и две крупные, гладкие, голенастые собаки. Фамка пригляделась к ним, и её пробрал озноб. Прежде она такого не видела, но слухов в Норах ходило достаточно. Верхним чутьём обитателя трущоб Хелена Фам поняла: надо срочно спасаться.
Окружённый ухмыляющимися конвоирами класс двинулся по неровному зеленоватому булыжнику Цыплячьей улицы. Фамка ловко проскользнула за спинами одноклассников и пристроилась рядом с младшим Бобром.
– Яник, – тихонько позвала она, глядя под ноги.
– Чего тебе, мелкая? – так же тихо отозвался здоровенный Яник. Голова Фамки пришлась где-то на уровне его локтя.






