ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Плацебо Сергей Дубянский Дизайнер обложки Игорь Владимирович Петропавловский © Сергей Дубянский, 2017 © Игорь Владимирович Петропавловский, дизайн обложки, 2017 ISBN 978-5-4485-2476-9 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero Никита остановился на площадке рядом с заправкой, но выходить из машины не спешил, потому что никогда душа у него не лежала к сумасшедшим авантюрам. Ему нравилось барахтаться в рутине отлаженного бизнеса, и то, что рассказал по телефону Димка, сначала его потрясло, потом испугало, а предложение помочь, привело в полную растерянность. Пока он молчал, осмысливая ситуацию, Димка успел сказать: «– Спасибо. Ты, настоящий друг!», и отказываться стало просто неприлично. «Пушка», пару лет назад узаконенная не без помощи того же Димки, оттягивала карман ветровки, надетой специально, чтоб скрыть оружие, но уверенности это не добавляло, ведь заниматься освобождением заложников, по любому, дело ОМОНА, а не двух коммерсантов – в прошлом, одного выпускника Бауманки, а другого, Медицинской академии. Тем не менее, Никита подумал, что раз уж приехал, то не за тем, чтоб часок посидеть в машине, послушать музыку и вернуться в Москву. Вздохнув, он открыл дверь. Мир сразу наполнился, пересвистом птиц, шелестом шин и жужжанием бензоколонок. …И нет никакой гарантии, что сейчас мы не получим по пуле – как же обидно будет покидать этот мир!.. Однако Никита все-таки вышел к трассе, где через пару минут появился знакомый «Мерседес», который лишь притормозил, чтоб он успел забраться на заднее сиденье. – Привет, – Дима протянул руку, – спасибо, что согласился. В принципе, я ничего не боюсь, но вдвоём как-то веселее. – Я тебе поражаюсь, – Никита сокрушённо покачал головой, – сходу перевёл деньги, не сообщил ни в милицию, никуда; как ты можешь им верить? А если нас

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Лена уже не знала, стоит ли рассказывать то, над чем эти серьёзные люди, скорее всего, просто посмеются, но и сидеть неодушевлённой куклой тоже не хотелось; тем более, спиртное всегда добавляло ей кураж.

– Короче, вчера мне снилась эта дача, хотя я, ни сном, ни духом даже не подозревала о её существовании. Я была привязана к той железной кровати…

– Это из области мазохизма, – заметил Фил.

– Причём тут мазохизм? – возмутилась Лена, – меня не били, не насиловали; даже в комнате никого не было! Ничего не происходило вообще, но я была тут, и именно привязана к кровати! Вот, что это может означать?

– Ромыч, мозги по твоей части, – Ник засмеялся.

– Но я ж не психиатр, – тот пожал плечами.

Упоминание о психиатре выглядело даже более обидно, чем подозрение в мазохизме.

– Я не сумасшедшая! – вскочив, Лена побежала, совершенно не думая, куда и зачем несёт её подогретое алкоголем сознание; правда, и убежать далеко не смогла – Ник догнал её и развернул к себе лицом.

– Дурочка, – он улыбнулся так, что Лена вдруг успокоилась; даже прижалась к нему, – психиатр – это врач, который занимается депрессиями, немотивированной агрессией, различными фобиями, возвращает память; короче, делает массу полезных вещей.

– Правда? – Лена подняла голову, – а я думала, что он посчитал меня… ну, того, – она покрутила пальцем у виска, – неудобно получилось, да?

– Ничего, сейчас утрясём, – Ник взял в ладони её лицо, долго смотрел… и как-то незаметно их губы сомкнулись. Лена закрыла глаза, дыхание сбилось; она чувствовала на обнажённой коже ласковые руки и ей стало хорошо.

Когда внезапная эмоциональная феерия закончилась, они вернулись к столу и уселись на прежние места.

– Все-таки Конфуций был великим философом, – неожиданно объявил Ник, – когда у него спросили, что б он сделал в первую очередь, став правителем, он ответил – уничтожил все словари и создал один. Ну, ему начали толковать о политике, о развитии страны, а он ответил – все беды начинаются с того, что люди не понимают значения слов – каждый вкладывает в них собственные понятия и, соответственно, под одними и теми же лозунгами совершаются абсолютно противоположные действия…

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

– Это ты к чему? – своим вопросом Фил, опередил остальных.

– К тому, что для Леночки психиатр – это сотрудник дурдома, раздающий смирительные рубашки.

Все дружно захохотали; видя это, Лена прижалась к Нику и тоже улыбнулась. Если б ещё стаканчик виски, она б с удовольствием поцеловала его прилюдно; зато когда Ромыч протянул ей мизинец и сказал: «– Понятно. Ну, что? Мир, дружба, футбол?», она была почти счастлива.

– Вы меня извините, – Лена потупила взгляд, потому что не любила просить прощения.