Тогда и родилось недоумение – о чем может размышлять римский император, тем более «наедине с собой»? Отчего императору не спится, что ищет он в мудрости греческих старцев? Зачем, на ночь глядя, читает Зенона, Хрисиппа, Эпиктета? Или Диогена Синопского
[2]
Примечания обозначенные цифрами, помещены в Дополнительном словаре, в конце романа. Там же приведена хронологическая таблица основных дат жизни Марка Аврелия.
{1}
1 Зенон из Кития (336–264 гг. до н. э.) – древнегреческий философ, основоположник учения стоиков. Хрисипп из Сол (III в. до н. э.) – один из ведущих философов стоического направления, руководитель школы в 232–204 гг. до н. э. Именно в формах, выработанных Хрисиппом, стоицизм во II в. до н. э. проникает в Рим. Эпиктет (конец I – начало II в. н. э.) – раб, а затем вольноотпущенник. По мнению стоиков Эпиктет ближе других подошел к тому состоянию, которое можно назвать мудростью. Письменных работ не оставил. После смерти Эпиктета римский автор Арриан собрал его высказывания, составившие свод нравственно-этических правил, которым необходимо следовать, чтобы прожить жизнь «в соответствии с природой». Диоген из Синопы (ум. в 323 г. до н. э.) – знаменитый древнегреческий киник, философ на все времена, идеал для стоиков. Он говорил, что люди соревнуются, кто кого столкнет пинком в канаву, но никто не соревнуется в искусстве быть добрым. На вопрос, как отомстить врагу, Диоген отвечал: стать достойным.
, который из любви к людям не считал зазорным прилюдно помочиться на площади или там же облегчить желудок?
Что привлекало Марка в нравоучениях Сократа и Сенеки? И насколько прав такой разумный и образованный человек, как Эрнест Ренан, когда спустя почти две тысячи лет после смерти Марка с нескрываемой горечью написал следующие строки: «Все мы, сколько нас ни есть, все мы носим в сердце траур по Марку, как если бы он умер только вчера. С ним властвовала философия. Благодаря ему мир хотя бы минуту находился под управлением лучшего и величайшего человека своего времени. Важно, что этот опыт был сделан. Повторится ли он еще раз? Будет ли новейшая философия властвовать в свой черед, как властвовала философия античная? Будет ли у нее свой Марк Аврелий?»
Читать дальше
Я усомнился – не слишком ли? Теперь, окончив роман, беру на себя смелость утверждать – это еще слабо сказано! Ренан много не договорил, но и того, что теперь известно об этом удивительном человеке, вполне достаточно, чтобы воспламенить наши сердца.
Хотелось бы добавить, что предлагаемую книгу вряд ли можно назвать жизнеописанием в точном смысле слова – это скорее сколок времени, попытка познакомить читателя не только с «философом на троне», но и с окружавшими его людьми, чьи судьбы протянулись далее 17 марта 180 года – дня, когда скончался Марк Аврелий.






