Мои глаза расширились, а потом и я не смог удержаться, смеясь вместе с ней и стараясь не спускать глаз с дороги.
Она смеялась до слез, а я держался рукой за грудь, в попытках совладать с приступом смеха, который нас обуял.
Спустя несколько секунд я бросил взгляд и увидел, что ее смех перешел в поток слез. Я перестал смеяться и нервно посмотрел на нее, гадая, что же произошло.
Я положил руку ей на ногу, но она смахнула ее, плача еще сильнее, почти задыхаясь. Я стал паниковать. Что происходит? Я не знал, что делать.
–
Тебя не было три месяца, Арчер. Три месяца!
– выдавила она, сбиваясь на последнем слове. –
Ты не писал. У тебя не было телефона. Я даже не знала, жив ли ты. Тепло ли тебе. Мог ли ты разговаривать, с кем надо.
– Она снова всхлипнула.
Я посмотрел на нее и остановился на обочине, на грязном клочке земли рядом с берегом реки. Я обернулся к ней, как раз когда она распахнула дверь и пошла вдоль дороги в своем маленьком черном платье. Что, черт побери, она делала? Я тоже выпрыгнул и побежал догонять ее. Под ногами сыпался гравий, а она все шла на своих высоких каблуках.
Полная луна висела над нами, освещая все вокруг, так что я ясно видел ее впереди.
Догнав ее, я схватил ее за руку, и она остановилась и развернулась. По ее щекам текли слезы.
–
Не убегай от меня,
– сказал я, –
я не могу тебя позвать. Пожалуйста, не убегай.
–
Ты убежал от меня!
– сказала она. –
Ты убежал от меня, и я умирала понемногу каждый день! Ты даже не дал мне знать, что ты цел! Почему?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
Ее голос сорвался на последнем слове, и сердце сжалось у меня в груди.
–
Я не мог, Бри. Если бы я написал тебе или еще как-то связался, я бы не смог удержаться. А мне надо было держаться, Бри. Надо было. Ты – моя страховка, а мне надо было сделать это, не чувствуя себя в безопасности. Я должен был.
Она стояла молча несколько минут, глаза смотрели мне на руки, а не на лицо. Мы оба дрожали, дыхание вырывалось белыми облачками изо рта.
Внезапно я понял. Бри сдерживала чувства от моего отъезда все три месяца, а мое возвращение прорвало плотину. Я знал, каково это, когда эмоции, поднимаясь на поверхность, захватывают тебя, каково терять контроль над собой. Знал получше многих. Поэтому я и уехал. Но теперь я вернулся. И теперь пришел мой черед быть сильным – ради Бри. Теперь я мог им быть.
–
Вернись в машину. Пожалуйста. Дай мне согреть тебя, и мы поговорим.
–
У тебя были другие женщины?
Я покачал головой и выдохнул, глядя на ноги, затем посмотрел на нее. Я наклонился к ней и «говорил» руками прямо рядом с ней, глядя ей в глаза, а она переводила взгляд с рук на лицо.
–
Нет никого, кроме тебя. Всегда. Будешь. Только. Ты.
Она закрыла глаза, и по ее щекам потекли слезы. Затем она раскрыла их.






