ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Арчер будет молчать Мия Шеридан Mia Sheridan Archer’s Voice © 2016, 2018 by Mia Sheridan © Бялко А., перевод на русский язык, 2019 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019 Кентавры всегда отличались воинственностью, злобностью, пьянством и буйством. Только один кентавр Хирон был не таким, как прочие его сородичи. Он жил на древней горе Пелион. Его называли Добрым Кентавром и Раненым Целителем. В отличие от других кентавров он был мудрым, тихим и справедливым. К несчастью, сражаясь с другими кентаврами, Геракл ранил своего друга Хирона отравленной стрелой. Хирон был бессмертным и не мог найти в смерти облегчения от неизлечимой раны. Он был обречен на жизнь в боли и муках. Однажды Хирон встретил Прометея, также обреченного богами на вечные муки. Он был прикован к скале, куда каждое утро прилетал орел и выклевывал печень Прометея. К вечеру печень отрастала, и на другое утро пытка повторялась. Хирон предложил пожертвовать свою жизнь за жизнь Прометея и тем самым освободить их обоих от вечных мучений. И тут же Хирон рухнул мертвым у ног Прометея. Но за его мудрость и доброту Зевс решил взять его на небо в виде созвездия Стрельца [1] Стрелец – Archer ( англ. ). , чтобы все могли вечно любоваться его красотой. Рана Хирона олицетворяет преобразующую силу страданий. Того, как чья-то боль, физическая и душевная, может стать источником моральной и духовной силы. – Держись за мою руку, я спасу тебя! – сказал я тихо-тихо. Дюк протянул руку индейцу Змеиный глаз, вертолет медленно поднимался в воздух. Я старался играть как можно тише, потому что избитая мама спала у себя в комнате, и я боялся ее разбудить. Она разрешила мне смотреть мультики у себя в кровати, но я увидел, что она заснула, и спустился вниз играть в солдатиков. Вертолет приземлился, и мои

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мои глаза расширились, а потом и я не смог удержаться, смеясь вместе с ней и стараясь не спускать глаз с дороги.

Она смеялась до слез, а я держался рукой за грудь, в попытках совладать с приступом смеха, который нас обуял.

Спустя несколько секунд я бросил взгляд и увидел, что ее смех перешел в поток слез. Я перестал смеяться и нервно посмотрел на нее, гадая, что же произошло.

Я положил руку ей на ногу, но она смахнула ее, плача еще сильнее, почти задыхаясь. Я стал паниковать. Что происходит? Я не знал, что делать.

–

Тебя не было три месяца, Арчер. Три месяца!

– выдавила она, сбиваясь на последнем слове. –

Ты не писал. У тебя не было телефона. Я даже не знала, жив ли ты. Тепло ли тебе. Мог ли ты разговаривать, с кем надо.

– Она снова всхлипнула.

Я посмотрел на нее и остановился на обочине, на грязном клочке земли рядом с берегом реки. Я обернулся к ней, как раз когда она распахнула дверь и пошла вдоль дороги в своем маленьком черном платье. Что, черт побери, она делала? Я тоже выпрыгнул и побежал догонять ее. Под ногами сыпался гравий, а она все шла на своих высоких каблуках.

Полная луна висела над нами, освещая все вокруг, так что я ясно видел ее впереди.

Догнав ее, я схватил ее за руку, и она остановилась и развернулась. По ее щекам текли слезы.

–

Не убегай от меня,

– сказал я, –

я не могу тебя позвать. Пожалуйста, не убегай.

–

Ты убежал от меня!

– сказала она. –

Ты убежал от меня, и я умирала понемногу каждый день! Ты даже не дал мне знать, что ты цел! Почему?

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Ее голос сорвался на последнем слове, и сердце сжалось у меня в груди.

–

Я не мог, Бри. Если бы я написал тебе или еще как-то связался, я бы не смог удержаться. А мне надо было держаться, Бри. Надо было. Ты – моя страховка, а мне надо было сделать это, не чувствуя себя в безопасности. Я должен был.

Она стояла молча несколько минут, глаза смотрели мне на руки, а не на лицо. Мы оба дрожали, дыхание вырывалось белыми облачками изо рта.

Внезапно я понял. Бри сдерживала чувства от моего отъезда все три месяца, а мое возвращение прорвало плотину. Я знал, каково это, когда эмоции, поднимаясь на поверхность, захватывают тебя, каково терять контроль над собой. Знал получше многих. Поэтому я и уехал. Но теперь я вернулся. И теперь пришел мой черед быть сильным – ради Бри. Теперь я мог им быть.

–

Вернись в машину. Пожалуйста. Дай мне согреть тебя, и мы поговорим.

–

У тебя были другие женщины?

Я покачал головой и выдохнул, глядя на ноги, затем посмотрел на нее. Я наклонился к ней и «говорил» руками прямо рядом с ней, глядя ей в глаза, а она переводила взгляд с рук на лицо.

–

Нет никого, кроме тебя. Всегда. Будешь. Только. Ты.

Она закрыла глаза, и по ее щекам потекли слезы. Затем она раскрыла их.