Хоть они и не лишены воображения, но должны дисциплинировать фантазию, носить вериги научности, избегать и героической мифологии, и художественного домысливания там, где обстоятельства и факты не установлены. "Интеллектуальная романистика" Дадуна, конечно, никоим образом не является "научной биографией", - даже изложение фрейдовских теорий во второй части книги более напоминает роман, нежели научную работу. Но жизнь была бы невероятно тусклой, если бы все и вся было бы в ней "по науке". Исторические романы нужны миллионам, тогда как специальные исследования читают единицы. Научно-популярный жанр рассчитан также не на "подобного флюсу" специалиста, а на достаточно образованного и, главное, любопытного читателя.
Читать дальше
"Миф о герое" - Фрейде - выполняет идеологические функции там, где психоанализ конкурирует с другими психологическими и психотерапевтическими учениями. Что нам до этого, если у нас и фрейдизм, и прочие порождения "буржуазной науки" только выходят из подполья? Наверное, дойдет очередь и для перевода солидных трудов по истории психологии, а пока полезно издание и популярной книги Дадуна, дающей общее представление о Фрейде и его психоанализе.
Ждать, пока наши авторы напишут хорошие книги о западных философах, социологах, психологах можно еще очень долго. Любое приличное западное издательство публикует их больше, чем все наши, вместе взятые. Нужны и тексты классиков, и научные монографии, и работы популяризаторов. Чем шире будет их выбор на прилавках книжных магазинов, тем реже будет возникать подозрение, что отечественные издательства попрежнему ни в грош не ставят интеллект и любознательность своих читателей.
Алексей Руткевич, кандидат философских наук
Тигр, тигр пылающий
В ночных лесах, Какой бессмертный взгляд.
Осмелится объять
Страшную симметрию твою?
Уильям Блейк. "Песни опыта"
Опытный путешественник по ночным лесам, Фрейд на пороге века распахнул перед нами двери сна, и его великая фундаментальная книга "Толкование сновидений" ("Die Traumdeutung") постоянно звучит в нас подобно иерихонским трубам под стенами, преграждающими доступ в огромную ночную вселенную - таинственную половину нашего бытия. Сегодня, после долгих лет враждебности и скептицизма, наука и особенно нейрофизиология, изучающая состояние сна и сновидений, склоняет голову перед создателем психоанализа, подтверждая, что человек, будучи, несомненно, рассудительнее и сознательнее животного, является все же существом сновидений, и сон представляет собой жизненный опыт, внутреннюю страшную симметрию нашей жизни периода бодрствования.






