ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тоннель Туве Альстердаль Tove Alsterdal BLINDTUNNEL Copyright © Tove Alsterdal 2019 Published by agreement with Ahlander Agency © Савина Е., перевод на русский язык, 2021 © Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2021 Из тьмы проступают очертания кроватей. Следом — лежащие на них тела, словно холмы и впадины на фоне ландшафта. Луч света, пробравшийся в комнату, высвечивает чье-то лицо. По три кровати у каждой из стен и шесть тел. Кто-то должен осмотреть их. Вот лицо старухи, впалое и застывшее. Он хочет дотронуться пальцами до тонкой кожи, но у него не хватает духу. Закрытые глаза, сморщенная кожа. Рот широко открыт, словно в беззвучном крике, пряди волос на подушке, торчащая нога со скрюченными пальцами точно в том месте, где он держится за столбик кровати. Внутри все клокочет, словно кровь ищет себе дорогу наружу. Сердце крушит грудь изнутри. Теперь он понимает, почему здесь так тихо. Почему так темно. Мертвы. Они все мертвы. Глаза последней женщины распахнуты и тускло смотрят в никуда. Но где мужчины? Где подростки? Дети? Неужели их уже унесли? Если бы в те первые дни я не сидела по утрам одна за столиком в ресторане местной гостиницы, то, наверное, не заметила бы женщину в самом дальнем углу зала. Ну а если бы и заметила… Первые впечатления со временем тускнеют, и ты говоришь «она выглядела здесь чужой» или «казалось, что она скрывает какую-то тайну», хотя на тот момент был полностью поглощен завтраком в хорошей компании и не обращал особого внимания на одиноко сидящих посетителей. Гостиница размещалась в каменном здании с облупившимися стенами. Судя по стершимся буквам, которые оставили свой след на фасаде, прежде она называлась на немецкий манер — Gasthaus [1] Гостиница ( нем .). . От занавесок на окнах и засаленных подушек на сиденьях стульев несло

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Красное или белое? — Хозяин гостиницы положил на стол подставку с логотипом известной пивоваренной компании, покрутил между пальцами бокал. Думаю, его звали Либор. Во всяком случае, именно это слово выкрикивали сидевшие за столиками и игравшие в карты посетители, когда у них заканчивалось пиво.

— Что-нибудь здешнее, — попросила я. —

Bohemian wine

? Я бы с удовольствием попробовала местное вино.

Хозяин был почти два метра ростом, и ему приходилось нагибаться, чтобы не задеть головой бокалы, висевшие над барной стойкой. Он показал мне пару открытых бутылок.

— У меня есть французское вино и итальянское.

— А почему не местное вино?

— Его никто не спрашивает. Оно не настолько известно, чтобы быть хорошим.

Английский у него был неважный, временами он вставлял в свою речь немецкие фразы. Может, он просто имел в виду, что на данный момент в этой долине нет качественного вина. Если не считать редких поездов и шоссе, городок был почти отрезан от остального мира. Мы много времени посвятили поискам в интернете и видели снимки виноделен, которые после падения коммунистического строя открывались заново, как, например, в замке в городе Мельник, что возле Праги, или в возведенных с нуля постройках в поле в окрестностях Литомержице, ближайшего к нам крупного города, где миллиарды, полученные от добычи каменного угля, помогли возродить тысячелетнюю традицию виноделия. Мы разглядывали симпатичные рекламные проспекты со снимками бутылок, сверкавших в лучах солнца в окружении колышущейся зелени, и верили, что так оно и есть, пусть даже виноградные лозы на нашей собственной земле уже давно являли собой удручающее зрелище.

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

—

Communist wine

, — с гримасой отвращения произнес Либор и сполоснул в воде руки.

— Тогда, пожалуй, французское.

Он улыбнулся и откупорил бутылку «Бордо».

— В Моравии все наоборот, там умеют делать вино, там крестьяне, — примирительно сказал он, наполняя бокал. — Однако у меня в запасе не найдется сейчас бутылок даже оттуда.

Он взял кружку и, налив в нее пиво, дал пене осесть, прежде чем перейти к следующей, потом водрузил полные кружки на поднос и направился к столикам.

Я же вышла в интернет и с головой погрузилась в новости из жизни моих друзей, которые остались дома. В Лулео все еще шел снег, а в Стокгольме готовились зацвести вишни. На своей страничке в «Фейсбуке» я уже выложила фотографии усадьбы и городка. Представляя, как теплыми вечерами мы будем бродить по округе, потягивать вино на террасе ресторана и знать всех местных обывателей по именам. Но пока до этого было далеко. Мужчины в зале неспешно вытирали с губ пену. Дождь по-прежнему колотил по окнам. Изредка водяную завесу прорезал свет фар от проносящихся мимо машин и почти тут же пропадал.