ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Дракон Василий Криптонов Я сидел за столиком у окна, в светлом и просторном кафе, и макал кусочек булки в кружку. Следил, как крошки расплываются в разные стороны, как чай, изначально бывший почти прозрачным, делается мутным. Со стороны, должно быть, я выглядел, как подросток, загрузившийся над своими подростковыми делами. Может, даже выглядел моложе своих лет. Так себя ведут дети в три-четыре года. Но мне было плевать, как я выгляжу со стороны. Мне в последнее время вообще стало плевать на многое. В тот день, когда печати с дома сняли, я съехал от Джиана, у которого условно жил несколько дней. Вернулся домой и несколько минут тупо стоял, глядя на пятна крови на полу. Столько лет в полиции, и ни разу даже не задумался, куда девается всё после того, как перестаёт быть нужным следствию. Оказалось — никуда. «Деваются» обычно люди. Не в силах пережить стресс, они продают дома и переезжают. И их можно понять. Даже если позвонить в клининговую фирму, в спектр услуг которой входит уборка мест преступлений, смыть пятна из памяти не так просто. Это страшно — каждый день смотреть на то место, где твою жизнь разрезали на «до» и «после». Смотреть и вздрагивать. Поэтому люди стараются съехать. Так мог поступить и я, благо средства позволяли. Но, в отличие от других людей, я не хотел забывать. Поэтому пошёл в ванную, отыскал ведро и швабру, набрал горячей воды… Когда госпожа Кингжао, моя названная мать, вернулась домой, я не сказал ей, где всё произошло, хотя она просила. Она — нормальный человек, ей это не нужно. Хотя, кажется, она всё равно догадалась. Если мы с ней где и пересекались, так это в кухне. И трудно было не заметить, как мой взгляд останавливается там, где на полу растекалась лужа. Или на дверце холодильника, внизу — там, откуда я стёр кровавый отпечаток ладони. Раньше

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Или себе оставь. А…

«А ты всё так же болтаешь без умолку, всё равно о чём…» — вот что я хотел сказать, но сил не хватило.

И сделалось до боли обидно. Ведь хотелось столько вопросов задать! Но язык не слушался. Тело было прошито насквозь стежками боли. Попробовал пошевелиться и застонал, отказавшись от этой идеи.

Боль из союзника превратилась в досадную помеху. Она больше не давала сил, и я мечтал лишь от неё избавиться.

— Юшенг сразу ушёл, — говорила Ниу, сжимая мою руку. — Он сказал, что монахи ему не обрадуются. Только помог донести тебя до ворот. А мальчишки внизу остались. Джиана так жалко… Дэйю где-то здесь, Юн ушёл позавчера, он же глава клана, он никак не может… Сказал передать тебе, что восстание зомби закончилось, сказал, ты поймёшь, а я…

— Сколько? — вставил я слово в этот поток.

— Сколько чего? Времени прошло, да? Почти неделя.

Я помолчал, собираясь с мыслями и силами. Между мной и Ниу чувствовалась некая незримая стена. Великая Стена. Мы оба стали другими и оба как будто пытались притворяться прежними. Пора было разрушать это.

— Куртка, — шепнул я.

Я лежал не то голый, не то в одних трусах, под ветхим одеялом. Ощущал стягивающие тело бинты. Видимо, как Юшенг ни старался, залечить раны без следа не вышло. Но я был жив.

— Твоя? — уточнила Ниу и тут же вскочила. — Здесь. Всё здесь, я не дала ничего трогать, сказала, ты будешь злиться, ты терпеть не можешь, когда твои вещи трогают. Вот твоя куртка.

Я ощупал загрубевшую от пота, грязи и крови материю. Нащупал коробочку во внутреннем кармане. Когда её открыл, показалось, будто мрачную келью озарило сияние.

— Ниу, — сказал я чуть окрепшим голосом. — Ты выйдешь за меня замуж?

Рухнула стена, и мне стоило великих сил, чтобы не завопить от боли, когда Ниу, позабыв обо всём, бросилась меня обнимать. Может, она даже кольца не заметила.

Из кельи я вышел вечером того же дня. Заставил себя двигаться, воспользовавшись моментом, когда Ниу не было рядом. Вышел во двор, постоял, опираясь на палку Вейжа. Несколько раз вдохнул чистый горный воздух и заковылял туда, где меня ждали.

Дэйю сидела на прежнем месте, возле подъёмника, свесив ноги над бездной. Я с трудом уселся рядом с ней. Выдохнул.

— Хочешь, столкну тебя вниз? — безжизненным голосом предложила Дэйю.

— Не, — отозвался я. — Не сегодня. У меня свадьба скоро.

— О. Поздравляю. — Всё тот же отсутствующий вид и мёртвый голос.

— Расскажешь что-нибудь?

— Я нашла его. Кианга, — пояснила Дэйю в ответ на мой вопросительный взгляд. — Там, внизу. Ну, то, что от него осталось. Долго смотрела…

— И что? — Я мелко и часто дышал, борясь с дурнотой. — Получилось… освободиться?

— Нет. Я думала, что стану другой, когда он умрёт. Думала, смогу жить…

— Ты можешь, Дэйю. — Я коснулся её руки. — Если уж я могу — сможешь и ты.