Диодор был восхищен Египтом и остался работать на несколько лет в этой стране, чтобы подробно изучить ее культуру, нравы и устройство. Птолемей всячески способствовал этому, обустроив его быт и отрядив ему в помощь несколько чиновников, которые помогали устранять препятствия, с которыми иногда сталкивался мифограф при изучении культуры Египта.
Царь по-доброму немного завидовал своей дочке, отмечая про себя то, что она в десятилетнем возрасте уже была более начитана и образованна, нежели он сам – в зрелом.
Незаметно Клеопатра стала одним из его советников и выполняла своеобразные функции секретаря и переводчика. Птолемей Теос Филопатор Филадельф Неос Дионис стал все чаще и чаще появляться с ней на праздниках, официальных приемах, где она неизменно находилась подле него.
Его разгульная жизнь, безусловно, не могла оставаться для нее незаметной. Но у юной царевны хватало мудрости не перечить ему, а просто не замечать его маленькие слабости, а в некоторых случаях, она напротив даже поддерживала отца. Это прежде всего касалось увлечений, которые считались не достойными божественного фараона, например, игре на флейте, либо, когда он принимал участие в театральных постановках, ну и, конечно, танцах вместе со своими слугами.
И если младшая дочь царя становилась его опорой, была образованна, смышлена и являлась его настоящей гордостью, то разительным контрастом была старшая дочь правителя Береника.
Она была на восемь лет старше Клеопатры. Внешне очень эффектная, грациозная, красавица не обладала и десятой доли тех талантов и умений, коими славилась ее младшая сестра. Ленивая, эгоистичная, ничего не замечающая, кроме себя в этом мире, Береника проводила все свое время в сплетнях и развлечениях со своими слугами. Она подбирала людей в свою свиту только за умения льстить ей и воспевать ее красоту.
Впрочем, у нее тоже были увлечения. И если Клеопатра искала их и находила в духовной составляющей, развивая себя, то ее сестра исключительно в материальной. Блеск драгоценных камней и золото вдохновляли ее больше, чем мудрость древних свитков.
Сестры практически не разговаривали друг с другом, и этому были свои объяснения. Береника презирала Клеопатру, давая ей различные прозвища, считая ее крысиным хвостом отца. Клеопатра старалась ее не замечать и считала свою сестру чрезвычайно пустой.
Возможно, такая нелюбовь зародилась еще несколько лет назад с детских игр. Клеопатра отлично помнила, когда, оставшись наедине в трехлетнем возрасте, старшая сестра, играя с ней пугала ее, одевая страшные маски гиксосов и украдкой щипала, доводя до слез.






