ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Невольник Сапаргали Мергенов © Сапаргали Мергенов, 2022 ISBN 978-5-0059-0209-2 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero Предисловие. Уважаемый читатель, – я, как и многие писатели, начав свой путь на литературном поприще, не избежал шаблонов присущих деятелям этой профессий и взял себе псевдоним, – Заман, что означает, на арабском языке, – Эпоха. Присвоение себе такого громкого названия, наверное связано с тем, что я собираюсь в основном писать на злобедневные темы того времени и эпохи, свидетелем которых я сам стал начиная с детского возраста. А это, последние (если не считать времени, когда мы в силу возраста не можем понимать, много чего из происходящего, то есть, младенчество и раннее детство), календарные тридцать восемь лет, если вести отсчет с моего десятилетнего возраста. Родивщись в тысячу девятсот семдесят четвертом году, я принадлежу поколению, которое прожило часть своей жизни (детство и юность) при бывшем, канувшим в лета СССР, а остальную часть, проживает в меру благополучно, на создавщейся ее оскалках независимом Казахстане. Наверное многие слышали распростроненную китайскую поговорку с очень мудрыми словами, но по выражению похожую на проклятие: – Я желаю, чтобы ты жил в эпоху перемен….. Ну что ж, наверное мне, как и многим миллионам, кто родился в CCCР и воочию лицезрел его распад, – «повезло», испытать все тяготы и радости той эпохи, что были нам уготованы судьбой….. Как вы понимаете, если не все, то многие произведения вышедшие из под моего пера…., (то есть из под клавиш моего компьютера), будут про события, что имели место в моей родной стране под именем Казахстан, от восьмидесятых годов прошлого века, вплоть до наших дней. Данное повествование под названием «Невольник», основан на многочисленных рассказах очевидцев, и конечно же увиде

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Три перевернутых «бокала», как Илья называлразноцветнуюлюстру состоящию из трех плафонов, – красного, желтого и зеленных цветов, свисали с потолка на удлиненных проводах, и имелинебольшие ромбовидные «вмятины» по всей своей наружной поверхности, делающих их чем то похожими на пчелиные соты, так же потускнели и приобрели безжизненный вид. Диван, а за ним большой узорчатый ковер коричневого оттенка, все еще висевщий на всю стену по старой моде, молчаливо впитывая в себя годами дым сигарет, выкуренных здесь бесчисленной чередой разномастных посетителей, – имел весьма плачевный вид…..Знакомый нам, одинокий, низкий журнальный столик, давносменивший свое предназначение, став столом для поедания еды и «пиршеств», когда-то имелположенные ему «свиту», в виде двух элегантных журнальных кресел, что распологались по обе его стороны, придавая ему своебразный лоск, был продан хозяином квартиры под тяжестью жизненных обстоятельств, что стали в последние года, его постоянными инезаменимыми спутниками. На смену им, пришли четыре грубых, крепких табуреток, не весть откуда принесенные хозяйном квартиры, чернея на поверхности, колпачками гвоздей. Как мы говорили до этого, в народе квартиры с такой планировкой называли «вагонами» или «трамваями», так как, спальная комната сразу же примыкала к залу и не имела своего обособленного входа через коридор, напоминая людям составы поездов и трамваев, вытягивающихся друг за другом. Спальняя комната, была меньше и уже по размерам. Как бы в ней не поставили бы супружескую кровать, чтобы пройти к окну комнаты, жильцу приходилось прижиматься спиной к стене, чтобы протиснутся по образовавшему узкому проходу в ее сторону. Обоев хватило только на одну комнату, и то, те, были в свое время куплены с большим трудом, отстояв в длинной очереди несколько часов. Поэтому, голые стены спальней комнаты, которые были в основном скрыты от постоянного взора закрытой дверью, были просто побелены известкой. Так делали многие жители тех лет и той страны, подверженные в то времена тотальному дефициту. Небольшойпалас, когда-то долголежащий на полу перед спальной кроватью, и имеляркий пестрый цвет. Тяжелый спальный шкаф, доставшийся им от родителей в подарок, что стоял до этого в углу, все они были проданы Ильей за гроши, в пору его длинной безработицы и безденежья. Люстры в спальне, и помине не было. С потолка привычно и одиноко свисала на двухжильном проводе электрическая лампа За то были шторы, ярко-коричневого цветас непонятными узорами, свисающими высоко над окнами, повешенные на узкие, дощатые гардины того же цвета, покрытые сверху толстым слоем лака.