Он работал на двух работах. Но, что такое работать в девяностые годы, мы все знаем. На первом же обьявленном его родном предприятий сокращений штата, он одним из первых попал, как говорят: «под раздачу». Дальше, он метался по разным организациям, устраиваясь и снова попадая то под увольнения, то под сокращения. Илья выбивался из сил, стараясь обеспечить семью. Получалось плохо. Как и у многих, за исключением некоторых редких везунчиков. Никакие посулы, обещания, угрозы не возымели действия на Татьяну, которая твердо решила развестись с ним, а позже и уехать из страны. Как ей казалось, там, в России им будет лучше. Найдется стабильная работа. Заработная плата по слухам была выше. Да и на Родине… Исторической Родине должно было быть лучше. По ее плану, если Илья откажется ехать вместе с ними, она была намерена в первую очередь развестись с ним здесь, а потом уже осуществить свой план по переезду на историческую Родину. Так и произошло. А разрешение второго родителя, что необходимы по закону для выезда несовершеннолетних детей, за пределы страны, тогда с легкостью обходились за небольшую мзду.
*ГПТУ – Государственная Профессионально Техническое Училище.
– Езжай с нами. Там начнем другую жизнь! – предложила Татьяна, надеясь что он в последний момент согласится, переборов свое упрямство.
– Нет! Я не поеду. Ты это знаешь. Не резон мне под сорок лет все заново начинать. Да и могила родителей здесь….. А ты, делай что хочешь! – ответил он тогда ей, опустив руки и потеряв всю надежду на сохранение семьи.
Дети выбрали мать и уехали вместе с ней. В начале они созванивались, но вот уже два с половиной года, как ему отключили телефон за долги и связь с ними оборвалась. С их отьездом, у него как будто бы, что то внутри сломалась. Илья сильно скучал и тоскавал по детям. Особенно по дочере. Стараясь заглушить боль от потери любимых, стал прикладываться к бутылке, и не заметил, как постепенно спился. За эти четыре года, он потерял человеческий облик. Мог неделями не выходить из квартиры и пить без остановки. Многое из домашних вещей и утвари были проданы за бесценок. Все пускалась на очередную дозу попойки, которая после его принятияхоть ненадолго уносила его из этой жестокой действительности, в мир грез, в мир его беззаботного прошлого. Их бывшая квартира превратилась за эти годы в притон, где длительные посиделки нередко заканчивались драками и скандалами. Это и поставила точку в терпении его новоявленных соседей, которые пожаловались на него в полицию, устав от постоянного балагана исходящего из его квартиры.






