ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Наследница Ольга Кучумова Она бежала по крышам ночного города, а за ней гнались тени. Город был какой-то незнакомый, с готическими башнями. К своему удивлению, женщина легко преодолевала расстояние между домами, перепрыгивая с одной крыши на другую. Тени тянули к ней свои длинные руки и гримасничали, вот вот они должны были настигнуть Алену, она в ужасе обернулась и попыталась закричать. Резкий звонок прервал кошмарный сон. Почтальон принес печальную весть. Хрупкая женская фигурка, зябко ежась от утреннего холода, появилась на перроне пограничного города Бреста. Никто больше не вышел из поезда и через несколько минут состав, сверкая огнями, умчался в сторону Польши. Женщина, пребывая в полной растерянности и чувствуя себя несчастной, раздумывала, что же теперь ей делать. Очень хотелось закурить, но она бросила эту вредную привычку несколько лет назад. Дул пронизывающий февральский ветер, было темно и холодно, около 5 утра. Побродив, как неприкаянная тень, по перрону и поняв, что само по себе ничего не изменится, женщина решила зайти в здание вокзала, небольшое аккуратное строение из красного кирпича. Дело, приведшее Алену в этот небольшой городок из далекого Новосибирска, было очень важным, очень срочным и скорее даже трагическим. Вчера как снег на голову пришла телеграмма, что её отец, Александр Черных, умер, причем уже неделю назад. Известие ударило по голове как молния, внезапно и сильно. Ничего подобного Алена не ожидала. Да, конечно, отец не молод. Прямо сказать – сильно не молод, ему уже больше 80 лет. Но он же по-прежнему преподавал в институте, был полон энергии, на здоровье совершенно не жаловался. Всего несколько дней назад Алена получила от отца письмо и была очень рада весточке. А прочитав послание, она растрогалась. Письмо было, на удивление, очень теплым.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Хотя, кто знает, может, там кто-нибудь из родственников, племянники, например, приехали, это было бы замечательно. Иначе придется самой заниматься похоронами, а это приводило Алену в ужас. «Ничего, Алена, ты уже взрослая, ты справишься», – подбодрила она себя. Но сердце сжимала предательская боль.

Она набрала телефонный номер отца, мелькнула мысль, что печальное известие – ошибка или, может быть, чья-то злая шутка, и сейчас она услышит знакомый бодрый голос. Но в трубке звучали только длинные гудки. Пришло осознание, что человека, скорее всего, больше нет. А где же тело? И вообще, что с ним случилось? Алену охватило чувство тяжелой, вязкой тревоги. Единственно правильное решение напрашивалось само собой. Нужно дождаться рассвета и поехать в институт, именно ректором подписана телеграмма, а следовательно, там должны знать, что случилось и где сейчас отец.

Мысли путались. Пришло понимание, что отец умер, а в квартире никого нет. Алена горько заплакала. Она подумала, что почти не знает человека, которого приехала хоронить. Ей было всего шесть лет, когда родители разошлись, и отец уехал жить и работать в Брест. Это была непростая семейная история. Как писал Лев Толстой, все несчастливые семьи несчастливы по- разному. За каждой подобной историей развода тянется шлейф многолетних обид, претензий, несбывшихся надежд. Страдают, конечно, в первую очередь ни в чем не повинные дети, но не только они. Вот и родители Алены больше не смогли создать семьи, оба остались одинокими.

Мать постоянно была чем-то раздражена и срывала все зло на дочери, которая была виновата всегда и во всем. С отцом, после его отъезда в Брест, женщина виделась всего несколько раз в жизни. Один раз они случайно встретились в Санкт-Петербурге. Алена хотела посмотреть город, побывать в музеях и парках. Отец приехал со своими студентами – будущими архитекторами на практику. Несколько дней они гуляли по Санкт-Петербургу, ходили по музеям и театрам. Тогда же отец познакомил Алену с родственниками – своей сестрой и ее детьми. После этой встречи она несколько раз по собственной инициативе приезжала в Брест. Последний раз она там гостила давно, лет семь назад. Правда, ниточка между отцом и дочерью никогда не обрывалась – периодически они переписывались, поздравляли друг друга с праздниками.

Иногда женщине казалось, что, несмотря на многолетнюю разлуку, она знает своего папу даже слишком хорошо. Все родственники в один голос утверждали, что женщина просто копия своего отца. Это говорилось почему-то всегда с оттенком осуждения. Алена воспринималась как некое экзотичное растение, неожиданно взросшее на огороде среди картошки и капусты.