ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Художественное оформление: Редакция Eksmo Digital (RED) Посвящается человеку, спасшему Вселенную – Тебе. В этой книге три коана: I. Кто разделил дневник на главы? II. Кто вставил в дневник сноски? III. Кто автор дневника? Всё, что я написал, – это всё это я наврал. Игорь Фёдорович Летов Посвящается всем одиноким, обиженным, непонятым и непринятым … Да будет тебе известно, врач говорит мне делать записи каждый день. Дрянное это дело, друг мой. Может, у меня и правда крыша едет?.. Извини, что отошёл, проверил крышу, вроде всё нормально… Хотя постой, с кем я разговариваю? С компьютером? Ты мне хоть имя своё скажи… Ладно, буду звать тебя Джон. Мне всегда нравились американские имена. Да и вообще, в том, чтобы писать на английском, есть какой-то шарм. Знаешь, этот язык весь такой: «Look at me, I'm so smart and mysterious». Впрочем, я отвлёкся. Так что, тебе нравится имя? Компьютер Джон… Звучит! Ах да, забыл упомянуть, что одного абзаца в день, как сказал врач, недостаточно. Может, это и правильно, но мне, если честно, обидно. Ну вот скажи, похож я на сумасшедшего, а? Похож я на человека, которому надо писать больше одного абзаца в день? Да мне эта затея вообще не упёрлась, однако в силу обстоятельств, в которые я не обязан тебя, бездушная машина, посвящать, мне назначили обязательное посещение этого придурка в беленьком халатике, а он, в свою очередь, «настоятельно порекомендовал» общение с тобой на каждодневной основе. А так я нигилист и не вижу смысла в выражении мыслей на бумаге, от подобного положения дел меня несколько коробит. Однако чтобы моё пребывание на этой вонючей планете было менее болезненным, я обязан ежедневно общаться с тобой, Джонни. Ну что, пожалуй, нам стоит познакомиться, а? Забавно, вроде как ты стоишь в моей комнате уже с десяток лет, а так и не знаешь

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теперь в вашем мире всё возможно: и то, что твоя кровать летает, и то, что на полу выросла трава, и то, что смена дня и ночи происходит каждую минуту, и вообще всё, что ты можешь и не можешь себе представить.

– Да не может этого быть! – ещё сильнее завопил Эрл. – Это абсурд!

– Именно, – воскликнул я. – Именно – абсурд!

– Ну ладно, предположим, чисто в теории, что всё, действительно, так, – судорожно мямлил Эрл. – Тогда встаёт вопрос: если это сотворил не ты, тогда кто?

Я пожал плечами.

– Выгляни в окно, – возможно, увидишь виновника. Правда, скорее всего, ты ничего не поймёшь и впадёшь в ещё более глубокую истерику, но всё же сделай это, а то будильник уже прозвенел.

На этом моменте я, пожалуй, ещё немного остановлю рассказ и позволю себе сделать ещё одно лирическое отступление.

Подумай, Джон, почему Эрл так тяжело воспринимает окружающую действительность, а я наоборот – спокойно? Да потому что несуществующие вещи, люди и, в частности, коты не обременены какими-либо рамками, даже рамками законов физики и логики. Для нас всё возможно, ибо мы существуем. Когда всё время, пространство и все миры в одно мгновение слились воедино, даровав тебе существование, ты не задумываешься о том, для чего и отчего это было сделано – ты просто наслаждаешься.

Так рассуждал я. Однако Эрл, как представитель иной части мира, мыслил совсем другими категориями. Он думал, как обычный человек, обитатель существующего мира. Для него реально только то, что он может воспринять, описать и объяснить. Наш герой привык, что любой объект подвластен законам физики и логики, а всё, что находится за рамками его восприятия, он отвергает.

Эрл лежал на кровати, укрывшись одеялом с головой, и трясся от страха. Такое положение вещей меня совершенно не устраивало, так что я решил взять ситуацию в свои лапы. Я отдёрнул шторы, придвинул кровать вплотную к окну, сорвал с Эрла одеяло и произнёс, многозначительно указывая лапой на улицу.

– Гляди, – промурлыкал я, – ты такой не один… Весь мир сейчас погружен в хаос и энтропию.

Эрл ничего не ответил, просто молча сидел и глядел в окно безумными и испуганными глазами. А на улице, уверяю тебя, там было на что посмотреть. Розовое небо, местами затянутое облаками из сахарной ваты, из которых, вместо привычного снега, на изогнутую холмиками, ямами и бугорками землю сыпались маленькие ножики и таяли на головах людей, хаотично носящихся в неистовой панике. Дома, висящие в воздухе, подобно кровати Эрла. Перевёрнутые деревья, тянущиеся ввысь своими корнями. Танцующие палатки. Машины, рассекающие сами по себе, распадаясь и снова собираясь по пути. Ну и, конечно же, огромное Нечто, повисшее в небесах.

Читать дальше

Описать это самое Нечто не в силах даже я, ведь оно не имеет ни формы, ни цвета ни каких-либо других характеристик.