ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тень Андрей Глазков Писатель ничто без читателя. Мы вместе тратим время наших жизней. Один пишет, другой читает. Взаимный процесс единения в производстве и потреблении. Читается быстрей, чем пишется, – это, пожалуй, единственная разница между процессами. Да пребудет с тобой зрение, читатель, ибо с его помощью ты делаешь меня реальным. Сидели в центральном кафе в центре Большого города. Недалеко от своих центральных офисов. Очень близко к центральной площади с памятником центральной фигуре центрального ведомства Странной страны. Самая сердцевина. Стержень самой самости. Центр а … Солнечный день. Рвущиеся прочь тени деревьев, зданий, прохожих. Рвущиеся на свободу от хозяев, намертво прикованных к своим местам в мире, прилипших к самим себе. Рвущиеся куда угодно, лишь бы от . Был еще звук – Mutism by Basic Channel. Рвущий на части рвущиеся куда угодно, лишь бы от, тени деревьев, зданий, прохожих. Шелестящий, пронизывающий до самых субатомарных звеньев звук. Мертвое техно яркой чернотой на фоне блестящей жизни солнечного дня. Сидели, говорили о разном. О слухах, о недомолвках, о чужих жизнях. Пустословили в ожидании. Главного еще не было. Ждали. Напрягались на звук. Учтивые официанты словили настроение присутствующих. Выключили звук. Стало тихо. Пусто. Плоско. Нормально для центрального кафе в центре Большого города, что недалеко от центральных офисов и центральной площади. Кто-то взял пива. Кто-то закурил. Увидев это, один из сидевших за соседним столиком студентов достал пачку сигарет. Кто-то заметил это движение. Недобро покосился на пачку и студента, но студент уже был слишком занят размещением в быстрограмме фотографии своего соседа за столом, чтобы обратить внимание на потенциальную угрозу. Достал сигарету из пачки. Щёлкнул зажигалкой. Кто-то положил дымящуюся сигаре

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Потому и отказывается идти на поводу у гордыни и не приходит раньше всех или просто вовремя. Да… Так, что там у нас сегодня? Где ваш Старший?

В кафе влетел запыхавшийся, раскрасневшийся, взволнованный Старший.

– Здесь я! Уф…

– Ага… Отлично. Опаздываете, однако. Нехорошо.

– Прошу прощения. Виноват. Уже записался на двойное штрафное дежурство.

– Ох уж эти ваши армейские привычки, Старший… Ну да ладно. Садитесь. Мне ещё к… ехать.

Официант в напряжённо лиловой рубашке поднёс Главному малиновый латте с двойным сахаром.

– Как Вы любите. Всегда рады Вас видеть, – почтительно называя Главного на вы с большой буквы, поклонился официант. За его спиной в шеренгу выстроились сотрудники кафе и не менее почтительно улыбались.

Официант в вязаных синих брюках вручил Старшему полотенце обтереться и сбрызнул его парфюмированной водой – Главный не любил, когда от находящихся рядом людей исходит яркий натуральный запах. Поэтому вступающих с Главным в контакт предварительно обрабатывали.

Тем временем солнечный день подходил к концу. Уже вечерело, но кроме заходящего солнца встречу в кафе сопровождали внезапно затянувшие небо серые облака. Не дождевые, нет, но серые и… хмурые. Плоский серый свет вместо глубокого солнечного. Хмурая двухмерность бытия. Прямая и понятная. Без малейшей возможности сбиться с пути в тени подворотни. И, конечно, никаких больше звуков. Всё строго. Тихо.

Официанты приоткрыли входную дверь, выпустив наружу остатки задержавшегося внутри дневного света и студентов. Уравновесили таким образом серость внутреннюю и внешнюю. Затем официанты закрыли дверь, повесили на неё табличку «Спецобслуживание» и вернулись в помещение. Сели шеренгой у стены. Старались не слушать громкий разговор людей из центра.

– Но надо же что-то делать с этой… как её… ну… которые зеленые ещё, – кричал один из людей из центра, выглядевший самым скромным. Небольшого роста, небольшого количества волос на голове, небольшого размера умнозвук в руках.

– Молодежь это называется, Владимир Владимирович, – орал ему в лоб сосед по столу.

– Вон они пошли… – продолжил Кто-то, указывая куда-то в пустоту стены. – Никого и ничего не уважают. Знают – курить нельзя, а туда же.

– Да. Вот с ней. Утомили все эти сообщения в последнее время, – вступил в беседу Главный. – Отвлекают от работы, – посмотрел на Старшего. Пауза. Команда. – Давайте ваши предложения.

Старший кивнул и начал.

– Наша группа работала в тесном контакте как с представителями этой самой молодежи, так и с сотрудниками Главного управления главных управлений.

– С сотрудниками это хорошо. Это вы молодцы.

– Плюс мы привлекали стороннего консультанта. Для обеспечения баланса взглядов.

– Стороннего консультанта? – последовал немедленный строгий вопрос.