ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Матильда Георгий Юров Железные острова уходили под воду. Незаметно глазу, однако с каждым годом всё выше поднималась полоса прибоя, угрожая рано или поздно смыть с лица земли весь архипелаг. На самом-то деле острова эти состояли из земли, песка и камня, но железа в их недрах было так много, что вода в озёрах имела красноватый цвет, как и песок в окрестных дюнах. Ветер разносил его по округе, оседая на листьях и стволах деревьев, окрашивая в непривычный окрас. Островные жители, отдавая дань, суровой родине отправляясь в военные походы, красили хной бороды в ярко рыжий цвет для устрашения врагов. Красили их также по праздникам и даже по настроению в обычные дни. Каменистая земля и прохладный влажный климат не годились для хороших урожаев, идущая в еду пища была скудной и в основном привозной, которую выменивали на железо, лес, пеньку, овечью шерсть, шкуры животных и, конечно же, рыбу, что являлась основным промыслом местных жителей. – Если так пойдёт дальше, то скоро негде будет выпасать скот, – проворчал Грант, дальний родственник Рейнгольда, островного военного вождя, глядя на зеркало водной глади, лежащей там, где совсем недавно были участки возделываемых полей. Хотя в их замкнутом мире за многие поколения островитяне, так или иначе, успели породниться друг с другом. Тот кивнул, соглашаясь со старшим товарищем, подумав, что скоро им вообще негде будет жить. Ему было чуть за тридцать, и стал он самым молодым военным вождём архипелага, состоящего из сотни островов. А теперь они уходили под воду. Вначале не стало самых маленьких, безжизненных клочков песка, не годящихся для земледелия. Жрецы посчитали это жертвой Каргарону, главному Богу небесного пантеона, но теперь вода подступила ко всем остальным и как помазанники не старались умиротворить разгневанное божество, земл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Опасаясь оставить вождей за крепостными стенами стражники вместо того что бы закрыть ворота бросились им на помощь, не видя в наползающем на стены мраке истинной картины боя и были либо убиты, либо бежали ища спасения в прибрежных зарослях. Когда свет плотно скрытого тучами рассветного солнца рассеял ночную тьму, всё было кончено для защитников цитадели.

Читать дальше

Но бой, прекратившись здесь, всё ещё продолжался внутри стены. Третья, неведомая островитянам сила пробивалась им навстречу, нанеся удар в тыл оборонявшихся. Сомкнув щиты, воины Рейнгольда встали ощетинившейся копьями стеной, ожидая того, кто должен был выйти сквозь Речные ворота. Наконец, всё стихло и там. Воины Фрайгарии в густо заляпанных кровью доспехах лишь с белою лентой на бицепсе правой руки, отличавшей их от остальных, вышли наружу.

– Кто вы, милорды? – через Карстона, спросил Рейнгольд и латник зажимавший ладонью кровоточащую рану на боку ответил с достоинством: – Мы пришли приветствовать короля.

– Дайте дорогу! Да расступитесь же! – послышался дрожащий голос юного наследника, о котором все забыли в аду сражения, протискивавшегося мимо плотно стоящих островитян. Он вышел на середину и фрайгарцы какое-то время молча разглядывали его в повисшей тишине. Наконец ответивший Карстону немолодой мужчина, вероятно наиболее знатный из оставшихся в живых сторонников Спарбера, повернувшись к своим, произнёс, повторив уже громче, потрясая двуручным мечом над шлемом со свежими вмятинами, из под которого торчали седые пряди и воины отозвались всколыхнувшим утреннюю тишину эхом: – Спарбер! Спарбериан!

***

Нижняя часть города оказалась в руках сторонников короля, но большинство заговорщиков укрылась в казавшейся неприступной Цитадели. Высокие выложенные каменными плитами земляные валы и частокол из толстенных просмоленных брёвен со сторожевыми башнями по периметру, производили впечатление крепости, которую невозможно было взять штурмом. Колодцы с питьевой водой и обширные запасы пищи давали надежду укрывшимся в ней людям на то, что затянувшаяся осада вынудит напавших рано или поздно снять её и уйти восвояси. Силы обеих сторон были примерно равны, но осаждённым не нужно было штурмовать мощные укрепления и поэтому их положение не выглядело безнадёжным.

Подол населяли в основном бедняки не особо любившие утвердившийся дуумвират военного вождя и главы совета старейшин, вероятно потому, что они уже не особо помнили, как жили раньше и надеялись, что с возвращением королевской власти жить станет лучше. Особенно если поспособствовать этому. Беднота радостно приветствовала появление Спарбэриана, ехавшего во главе конного отряда на невысокой смирной кобыле, пожалуй, не рассматривая ребёнка всерьёз.