ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Страшные истории Ольга Шивер С того момента, как нашу двухлетнюю дочь сбила машина, прошло больше года, но Света так и не смогла оправиться от горя. Чем больше проходило времени, тем сильнее росла её боль. Света бросила работу, которую очень любила, оборвала все контакты с подругами и родственниками, всё чаще плакала по ночам… Я не раз заставал её посреди ночи перебирающую Алинкины вещи и игрушки (жена наотрез отказывалась избавляться от них). Света могла с позднего вечера и до самого утра рассматривать фото дочери в телефоне… Мне тоже было очень больно, но я старался быть сильным. Ради Светы. Поначалу мне казалось, что любимой просто нужно время, чтобы взять себя в руки и попытаться как-то начать жить дальше, но с каждым месяцем ситуация продолжала ухудшаться, жена угасала на глазах. Апогеем всего стал случай, когда Светлана ушла из дома в магазин и не вернулась. Её не было двое суток! Я с ног сбился, разыскивая жену, поднял на уши всю полицию, друзей и знакомых. И нам удалось её найти. На кладбище. Света сидела и рыдала над могилой дочери всё это время… У меня сердце кровью обливалось, когда я увидел эту картину: в тонком осеннем пальтишке, стоя коленями на снегу и прислонившись к памятнику, дрожа, несчастная мать обливалась слезами. Но самым страшным был её взгляд: блуждающий и абсолютно отрешенный. Как ни хотелось мне этого признавать, но я не справлялся. Свете нужна была помощь врача. После терапии самочувствие жены стало улучшаться, лечение шло ей на пользу. На одном из последних сеансов доктор рекомендовал нам сменить место жительства, чтобы Света могла меньше отвлекаться на воспоминания и скорее вернуться к нормальной жизни. Так мы и сделали, поменяв квартиру на аналогичную, но в другом районе города. Первые несколько месяцев после переезда всё шло хорошо: Свет

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Веня оглядел пассажиров вагона: напротив него сидела парочка влюблённых, лобызавшихся у всех на виду («Стыд какой!» – поморщился Веня); справа развалился пыхтящий полный мужик, от которого за версту разило потом; чуть дальше о чём-то переговаривались и хихикали две подружки-студентки, за которыми пристально наблюдал угрюмый мужчина, перебиравший чётки в грязных руках; в дальнем углу вагона копошилась недовольная бабка, искавшая что-то очень важное в своей безразмерной сумке.

Вдруг поезд дернулся и остановился, от чего сидевший рядом толстяк своим весом впечатал несчастного Веню в поручень края сидения.

– Чёрт! – выругался толстяк вместо извинений и отодвинулся.

В вагоне зарябил и погас свет, погрузив пассажиров поезда в кромешную темноту…

Влюблённая парочка напротив Вени зашевелилась с удвоенным рвением.

– Да ладно тебе, – зашептал парень. – Темно же, никто не увидит…

Девчонка тихо засмеялась, и возня продолжилась.

– Рома! – завизжала девочка, – Рома! Где ты? Рома!

В вагоне включился свет.

Теперь Веня смотрел на перепуганную девушку напротив. Рядом с ней на сидении лежала скомканная мужская одежда, а на полу стояли кроссовки. Девчонка удивленно хлопала глазами.

– Рома пропал! – закричала она и уставилась на Веню. – Что вы с ним сделали?

Читать дальше

– Кто?! Я?! – опешил Веня.

Свет снова погас. Только на этот раз уже никто не смеялся…

Когда освещение вновь вернулось, на сидениях напротив Вени уже лежала не одна, а две кучки одежды: мужская и женская.

– Что происходит? Куда делась девчонка? – пробасил толстяк и тоже уставился на Веню.

– Откуда я знаю?! Или вы думаете, что я её к себе в карман спрятал? – съязвил Веня, но в его голосе появились нотки страха.

В вагоне происходило что-то необъяснимое… Люди были напуганы, как и Веня.

Лампы освещения замигали…

В этот раз свет выключился всего на две-три секунды, но когда он снова загорелся из вагона исчезла одна из студенток…

– Какого лешего?! – вскочил толстяк и побежал к мужику с чётками. – Это ты сделал?! Шаман чёртов!

Толстяк подбежал к шаману и схватил его за грудки.

– Я видел, как ты на них пялился, извращенец!

– Немедленно отпусти меня! – оскалился шаман. – Или я…

– Или что? Что ты с ними сделал, урод? – прокричал толстяк ему в лицо, плюясь слюнями.

Свет снова погас. Вторая студентка завизжала. Бабка в углу вагона принялась читать молитвы. С того места, где стояли толстяк и шаман, послышались звуки борьбы…

Когда освещение в вагоне восстановилось, шаман был один. Толстяк исчез, оставив после себя большую кучу тряпья.

Все пассажиры уставились на шамана, а оставшаяся студентка, быстро семеня тонкими ножками на высоких каблучках, кинулась к Вене.

– Господи! Сделайте же что-нибудь! Он всех нас убьёт! – девушка была напугана.