Боль тело яро поразила!
Разрыва гром вон оглушил…
Сознанью стало вдруг постыло,
Стоять не стало сразу сил,
И рухнул он, как был подкошен,
И разлилась кровь ало вкруг…
И вида не было ввек горше,
Хоть он не чувствовал уж мук…
Лежал, уткнувшись, неподвижно,
Не приходя совсем в себя…
Лишь взрыв гордился тем престижно,
Свой дух в сём действе возлюбя.
Лишь темнота и нет вкруг жизни,
И не слышны уж звуки, речь…
Он отдал долг своей Отчизне,
Себя не смог же вот сберечь…
Но санитаркой был подобран,
Очнулся в госпитале лишь.
Испуг ужалил, будто кобра,
И огласилась воплем тишь:
Руки ведь левой вдруг не стало,
Заместо был пустой рукав…
Здоровью то была опала,
В боях её премного прав.
Шальной снаряд то разорвался,
Врагом был пущен наугад,
И вот сразил солдата‐аса
Всем ненавистный супостат…
Он был, как многие другие,
Направлен в госпиталь быстрей,
Там операции лихие
Им совершали, здоровей
Чтоб были, даже чтоб немного,
Страшил растерзанный их вид,
Хирурги были, как от бога,
Их опыт действий сноровит.
Тела латали беспрестанно,
Не зная отдыха и сна.
Иных всё тело – сплошь лишь рана…
Врачей работа – сверхчестна.
В их душах было состраданье:
– Ну потерпи, браток‐солдат…
Уйдёт, верь, боли измыванье
И твой спокойным станет взгляд,
Всё мы предпримем, что возможно,
А ты мученья пересиль,
В боях ведь так же было сложно,
Но страхи сдали вы в утиль.
И Фёдор щупал всё, не веря,
Руки навеки что уж нет…
Ах, как привыкнуть к этой вере?
Но в том жестокий лишь ответ.
Стонал он, яро стиснув зубы,
Впадал беззвучно часто в плач…
Всё мыслей высилися срубы,
Глаза от слёз – сплошной кумач…
Тряслась кровать от тяжких всхлипов,
Полна сочувствием к нему,
Своих не сдерживая скрипов,
Чтоб было легче чуть ему…
Другие то не замечали,
У них своя была беда,
В своей варились все печали…
Была гнетущая среда…
Вдруг Фёдор сядет на кровати
И смотрит вдаль, не шевелясь…
Он не в своей пехотной рати,
С того в душе сплошная грязь…
Но ловит ухо сообщенья
О продвиженье наших войск,
И жаждет он с того в сраженье,
Тем укрощая боли лоск!
УРА! ПОБЕДА! ВРАГ РАЗГРОМЛЕН!
А тут и радость вдруг: Победа!
Добит вон в логове фашист!
В кроватях каждый непоседа:
Порыв друг к другу разом, чист!
Обнялись все, явив улыбки,
Забывши немощь, тягость ран,
Хоть на ногах и были хлипки:
– Ура! Повержен вон тиран!
И каждый мыслит, строит планы,
Каких он в доме будет дел?
Поднимут с горькою стаканы!
А там уж каждый и запел…
Припомнят павших и погибших,
Помянут, тяжкий выдав вздох…
В домах разбитых, не под крышах,
И скажут: «Быт как вкруг, ох, плох…»
Но верят: быть восстановленью!
Продолжат жить, как кто мечтал,
За труд возьмутся, да не с ленью,
Пахать начнут, давать металл.
Труд будет каждому по нраву
И урожайный ввек итог,
С того добудет каждый Славу,
Авторитет стране высок.






