ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Химера Александр Кушаков Иллюстрация на обложке © Александр Кушаков, 2020 ISBN 978-5-4490-2211-0 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero 1986, май За окном опустился вечер. Мальчик сидел в полутёмной комнате на софе, забравшись на неё с ногами, и, вытянув шею, чутко прислушивался к происходящему на кухне. Совсем недавно ему исполнилось шесть лет, но детским своим разумением он уже отчётливо понимал, что в их семье с недавних пор творится что-то неладное, нехорошее. Он вспомнил, как пару дней назад мама, разговаривая с приятельницей по телефону, в какой-то момент сказала вдруг с надрывом: – Сиротин мой после Мурманска как с цепи сорвался, вторую неделю жрёт без передыху… иной раз думаю, не вызывать ли врачей, до белой горячки ведь дело дойдёт… я, дура, и не подозревала, что он все эти годы просто на замке сидел, за глотку себя держал, а как до приличных денег дорвался – всё, покатился с откоса, в доме каждый вечер ад кромешный… В кухне звонко брякнула об пол кастрюлька, и мальчик испуганно вздрогнул. Нет, кажется, отец просто смахнул её с плиты неверным движением. Затем послышался звук рухнувшего на пол тела. – Эх, Сиротин, свинья ты свиньёй… – в голосе мамы проступало уже не увещевание, а лишь безмерная усталость, – ну что, так и будешь на полу валяться или всё-таки попробуем поговорить? – П-г-в-рим… Мне снизу лучше слышно, – сообщил отец самодовольно. Да, этот незнакомый неприятный дядька, как ни странно, был его отец, его когда-то горячо любимый папанька. Кажется, ещё совсем недавно они ездили каждую неделю на Протву, и набирали, морща носы, опарышей на заброшенном свинарнике, а потом маленький Славчик, прыгая от нетерпения, тянулся к отцовской удочке – дай, дай я сам! – и тащил из реки, визжа от восторга, трепыхающуюся блестящую плотвичку.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Засучи рукава, девушка Лилия, и без обид, пожалуйста.

Она недоумённо смотрела на него, не делая никаких движений, и пришлось довольно бесцеремонно задирать ей рукава и в темпе проводить нехитрую проверку. Несомненно, в другой ситуации она бы обязательно вспылила, а сейчас просто тихо расплакалась.

– За кого ты меня принимаешь?

Он наклонился к ней – даже спиртного не ощущается – и успокаивающе проговорил на ушко: – Ну всё, не реви, Лиля-незабудка. Сейчас я позвоню кое-куда и отведу тебя домой.

Он схватил телефон, пролистал справочник и набрал Вовку Чигиря, напарника по цеху.

– Вован, привет! Проблемка у меня возникла – дурней не бывает, – начал он врать, даже не задумываясь о правдоподобии, – тут дядька вчера замок у меня по пьяни ставил, ну и вот… В дверь теперь не выйти, а из окна на улицу с четвёртого этажа тоже комфорта мало. Ремонтёру этому позвонил, он скоро подойдёт и с той стороны откроет. В-общем, где-то через час буду, ты там Бычку объясни, чтоб не рычал.

– Слав, да ты расслабься! – радостно закричал в трубку Чигирь, – сегодня выходной у нас образовался.

– Что так?

– Так ночью же гроза была, утром электрики пришли, а на фабрике тихо и глухо. Работы у них тут до вечера, говорят – трансформаторы поплавились. Я ещё здесь, не ушёл. Бычку, конечно, скажу, но ты отметиться всё равно подойди.

– Лады, Вовик, спасибо за благие вести. Бывай.

Они стояли близко друг к другу, Лилия безучастно-отчуждённо смотрела по сторонам, а Славка, почти освоившись в общении с незнакомкой, оглядывал её уже не таясь. Зеленовато-серые глаза, чуть припухшие от слёз, золотая цепочка с сердечком, кофточка с наивной розой на левой груди. А это что за интересная отметина в районе ключицы? Ай-яй-яй, похоже, у нашего цветочка имеется страстный кавалер.

Нет, деваха вполне даже ничего, и если она не ведёт с ним какую-то хитрую игру… Он набрался храбрости, взял её холодные руки в свои и слегка сжал, согревая. На безымянном пальце её левой руки поблескивал перстенёк с изящным вензелем «Л».

– Совсем замёрзла, незабудка?

Наверное, впервые за всё время она посмотрела на него… нет, не заинтересованно, а так, с некоторым удивлением. А ещё показалось, что во взгляде её промелькнуло нечто, свойственное не молодой девице, а тёртой сорокалетней бабе. Единым разом взвесила, обмерила и ценник прилепила.

– Кажется, мы больше не дуемся? Ну, тогда вперёд.

Славка вёл её проходными дворами к своей берлоге, чувствуя обращённые на них удивлённо-насмешливые взгляды редких прохожих, держа за руку, словно заблудившегося ребёнка, и размышлял одновременно о двух вещах. Да, она вполне может оказаться обычной привлекательной аферисткой, работающей «на доверии» или как там это называется.