ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Химера Александр Кушаков Иллюстрация на обложке © Александр Кушаков, 2020 ISBN 978-5-4490-2211-0 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero 1986, май За окном опустился вечер. Мальчик сидел в полутёмной комнате на софе, забравшись на неё с ногами, и, вытянув шею, чутко прислушивался к происходящему на кухне. Совсем недавно ему исполнилось шесть лет, но детским своим разумением он уже отчётливо понимал, что в их семье с недавних пор творится что-то неладное, нехорошее. Он вспомнил, как пару дней назад мама, разговаривая с приятельницей по телефону, в какой-то момент сказала вдруг с надрывом: – Сиротин мой после Мурманска как с цепи сорвался, вторую неделю жрёт без передыху… иной раз думаю, не вызывать ли врачей, до белой горячки ведь дело дойдёт… я, дура, и не подозревала, что он все эти годы просто на замке сидел, за глотку себя держал, а как до приличных денег дорвался – всё, покатился с откоса, в доме каждый вечер ад кромешный… В кухне звонко брякнула об пол кастрюлька, и мальчик испуганно вздрогнул. Нет, кажется, отец просто смахнул её с плиты неверным движением. Затем послышался звук рухнувшего на пол тела. – Эх, Сиротин, свинья ты свиньёй… – в голосе мамы проступало уже не увещевание, а лишь безмерная усталость, – ну что, так и будешь на полу валяться или всё-таки попробуем поговорить? – П-г-в-рим… Мне снизу лучше слышно, – сообщил отец самодовольно. Да, этот незнакомый неприятный дядька, как ни странно, был его отец, его когда-то горячо любимый папанька. Кажется, ещё совсем недавно они ездили каждую неделю на Протву, и набирали, морща носы, опарышей на заброшенном свинарнике, а потом маленький Славчик, прыгая от нетерпения, тянулся к отцовской удочке – дай, дай я сам! – и тащил из реки, визжа от восторга, трепыхающуюся блестящую плотвичку.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Правда, версии такого рода с удовольствием принимает на веру разве что медперсонал психушек, но кто знает, кто знает… Хотя, помнится, те молодые мамки сидели-трепались как ни в чём не бывало и бежать блевать в кусты вроде не собирались. Их-то ничего не накрыло?

Славка протянул руку к электронному будильнику и нажал кнопку календаря. Загорелась самая что ни на есть сегодняшняя дата – пятница, шестнадцатое. Этот простой и очевидный факт привёл его в состояние относительного равновесия, да и валяться уже надоело. Лупать глазами в потолок и гадать на кофейной гуще можно до бесконечности, так, глядишь, верхняя часть организма и впрямь начнёт шуршать шифером. Палыч, скорее всего, появится ближе к вечеру, причём на его адекватность можно только надеяться, поэтому не выяснить ли положение вещей самому? В частности, совершить двухкилометровый променад в Зяблики. Чёткого плана в голове у Славки не было, но если Дачная и вправду представляет собой две или три трёхэтажки, то найти гражданку с не самым распространённым именем и чёткими приметами не должно составить труда. Нехитрый опрос соседей слева-направо, и – малоприятная перспектива нарваться на любвеобильного приятеля незабудки, и хорошо, если тот не окажется саженным бугаём и дело ограничится пытливыми встречными вопросами на тему «а ты кто такой?» Чуть поразмыслив, Славка сунул в карман ручку и свёрнутый тетрадный листок – на случай, если придётся оставлять записку – спустился вниз и, безрезультатно постучавшись в очередной раз к дядьке, двинулся по Мелиоративной в сторону платформы.

Ночная вакханалия, похоже, окончательно повернула природу к лету. Жарило по-прежнему немилосердно, чуть слышно шелестела жестяная листва, на школьной спортплощадке азартно носились друг за другом младшеклассники, и зычно покрикивал что-то бравый физрук. Лёгкий ветерок облегчения почти не приносил, и Славка, памятуя о недавнем конфузе на Центральном, невольно спешил добраться до поворота в парк. Там была прохлада, и узкая тропа, петляя по опушке вдоль железнодорожной насыпи, вела коротким путём собственно в Зяблики. Прошагав какое-то время по этой тропе, огибая невесть откуда взявшиеся здесь кучи мусора, Славка стал ловить себя на мысли, что тянет пустышку. Сколько их в Подмосковье, этих Дачных – посёлков, деревень, улиц? Кажется, на белорусской линии есть платформа с таким названием. Да и эта глухая зябликовская улочка – совсем не обязательно место жительства сбежавшей девчонки.

Ладно, для самоуспокоения будем считать это просто прогулкой ради праздного любопытства. Хотя бы потому, что улица с таким названием в наших краях скорее всего – единственная.

В Зябликах он первым делом направился к ближайшему торговому павильону и охладился банкой пива.