ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Химера Александр Кушаков Иллюстрация на обложке © Александр Кушаков, 2020 ISBN 978-5-4490-2211-0 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero 1986, май За окном опустился вечер. Мальчик сидел в полутёмной комнате на софе, забравшись на неё с ногами, и, вытянув шею, чутко прислушивался к происходящему на кухне. Совсем недавно ему исполнилось шесть лет, но детским своим разумением он уже отчётливо понимал, что в их семье с недавних пор творится что-то неладное, нехорошее. Он вспомнил, как пару дней назад мама, разговаривая с приятельницей по телефону, в какой-то момент сказала вдруг с надрывом: – Сиротин мой после Мурманска как с цепи сорвался, вторую неделю жрёт без передыху… иной раз думаю, не вызывать ли врачей, до белой горячки ведь дело дойдёт… я, дура, и не подозревала, что он все эти годы просто на замке сидел, за глотку себя держал, а как до приличных денег дорвался – всё, покатился с откоса, в доме каждый вечер ад кромешный… В кухне звонко брякнула об пол кастрюлька, и мальчик испуганно вздрогнул. Нет, кажется, отец просто смахнул её с плиты неверным движением. Затем послышался звук рухнувшего на пол тела. – Эх, Сиротин, свинья ты свиньёй… – в голосе мамы проступало уже не увещевание, а лишь безмерная усталость, – ну что, так и будешь на полу валяться или всё-таки попробуем поговорить? – П-г-в-рим… Мне снизу лучше слышно, – сообщил отец самодовольно. Да, этот незнакомый неприятный дядька, как ни странно, был его отец, его когда-то горячо любимый папанька. Кажется, ещё совсем недавно они ездили каждую неделю на Протву, и набирали, морща носы, опарышей на заброшенном свинарнике, а потом маленький Славчик, прыгая от нетерпения, тянулся к отцовской удочке – дай, дай я сам! – и тащил из реки, визжа от восторга, трепыхающуюся блестящую плотвичку.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сложил листок вдвое и, передавая его Алексеевне, поинтересовался:

– А всё-таки, почему вы меня фантазёром назвали? Ей богу, ничего не сочинял.

– Фантазёром-то? Так это ж я про дождь. Говоришь, утром у вас поливало? А здесь вот ни капли не было, уж третий день жара стоит, ну я малость и не поверила.

– Поливало, поливало, – заверил Славка, – а ночью какая гроза была!

– Да ты что? – изумилась Алексеевна и хмыкнула недоверчиво, – странное дело, я обычно чутко сплю, должна была услыхать.

Славка пожал плечами, поблагодарил её ещё раз и двинулся было на выход, но тётка придержала его за рукав.

– Ты сразу-то не выскакивай, – прошептала она заговорщицки, – обожди пару минут. Эти евреи наверняка из окна навострились: в недоумении они были, когда я Лильку-то спрашивала.

В том же павильончике Славка взял ещё одну банку пива и теперь шагал в обратном направлении, вяло размышляя, чем бы угробить вечер этого суматошного дня. Бар «Эллада» за последнее время успел изрядно приесться. Всё обрыдло-знакомо, всё привычно – бармен Равиль с вежливо-приклеенной полуулыбкой, цены на спиртное и закуску – столичного уровня, динамики в бархатных углах, струящие нечто умиротворённое в стиле «эмбиент», ну и, как обычно, невеликая стайка смертельно скучающих местных дам возрастом от двадцати до сорока. Дамы сидят с фужером коктейля, иногда в обществе каких-нибудь дешёвых прилипал, и поглядывают на входные двери с заветной, а потому утопической мечтой, что в один невероятно прекрасный миг ворвётся в их псевдогреческое заведение блистательный столичный маркиз, выхватит какую-то из счастливиц – а в принципе, можно всех сразу – и умчит на лакированном «бентли» в своё трёхэтажное рублёво-успенское бунгало.

Время шло, маркиз, как всегда, задерживался, зависнув на сверхдальних московских орбитах в паре световых лет отсюда, а бар тем временем заполнялся самой разнообразной публикой – от поселковых мастеровых до различной приблатнённой шелупони, и ближе к закрытию поселковым нимфам ничего не оставалось, как выбирать и одарять вниманием лучшее из худшего.

Читать дальше

Маринка, бывшая славкина одноклассница, весёлая заводная разведёнка, крутилась в «Элладе» частенько. После той бурной ночи Славка был не прочь пересечься с ней ещё разок, но буквально на днях она проплыла мимо него с каким-то долговязым бритоголовым кренделем, не удостоив даже взгляда, и Славка оказался нешуточно уязвлен. А остальной женский контингент из завсегдатаек, обитающих в вечернем баре, его как то не вдохновлял. Так что тащиться туда сегодня ну совсем не тянуло.

Круглосуточный ночник «Экспресс» был относительно безопасен часов до одиннадцати вечера.