ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Псих Игорь Сотников – Дайте мне условность, и я создам новый мир, – распылялся перед своим товарищем, ничем непримечательный среди таких же посетителей бара молодой человек, который, впрочем, своим буйным видом вносил некоторый диссонанс в ряды любителей горячительных напитков, которые к этому времени ещё не успели распрячь в себе зверя, и тем самым – выпустить его на свободу. Конечно, среди посетителей бара были и те, кто ещё со вчерашнего пребывали в должном настрое, но они всё-таки уже не могли найти в себе столько сил, чтобы самым видным образом показать себя, и поэтому находились «в осадке», молча восстанавливая свои силы в уголке бара. – Дайте только время, – как часто поговаривал бармен. – И уж тогда вам не нужен будет никакой зоопарк. Так что наш, такой волнительный молодой человек, был всего лишь одним из первых среди равных, которые только и ждали своего часа, чтобы предстать перед окружающими во всей своей красивой, либо же какой есть изнанке. Да именно так, ведь им – любителям истины – нечего стесняться, раз естество – есть непреложная истина, и от неё никуда не деться. – Бог, этот первый фантаст, создал свою условность – человека – и уже через него мог творить и создавать временность в своём мире, – подкрепляя свои слова крепкими напитками, продолжал доводить свою мысль до товарища этот волнительный молодой человек. – Но в том-то и дело, что любой созданный тобой мир, будет существовать только с твоей позиции человека и – никак иначе, – отвечал ему, как оказалось, очень рассудительный его товарищ. – В этом-то и загвоздка, – в сердцах бросил этот волнительный молодой человек, закинул в себя рюмку и, сказав своему товарищу: «Я сейчас», насколько бодро, настолько же и не стройно двинулся в темную сторону этого заведения, где по его предположению должна была н

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– А что тут непонятного? Астарота своим разговором намекает тому, что тот свою хромоту получил каким-то иным путем, и что Дьявол всегда будет в подчиненном, согнутом перед ним положении, – шепчет тому, стоящий рядом с ним Левиафан.

Что же касается третьего круга, то в него входили два высших воинственных духа: предводитель падшего воинства – Люцифер, один из серых – Белиал, а также главный идеолог партии – Вельзевул, рядом с которым, чудь позади, стоял Маммона.

Здесь, в этом круге, пока что сохранялась тревожная тишина, ждущая только повода для выплеска ненависти.

Меж тем, все приготовления к форуму закончены, и верховный арбитр – Время – ударяет в гонг, а Господь, обращаясь ко всем со своего верховного места, заявляет:

– Я есмь Альфа и Омега, начало и конец. И значит, за всё несу свой ответ миру. И для того, чтобы противная сторона получила его в полной мере, я решил ей первой дать слово, – после чего Господь замолкает и ждёт реакции противной стороны.

Тут ангельская масса расступается, и на арену выходит сам Люцифер, который на середине площадки сперва осматривается в малом вокруг себя круге, а затем, расширяя свой кругозор, уже окидывает своим взглядом трибуны этого форума: напротив него находится сам Господь, левую трибуну заняли его приверженцы, а на правой находится небесная Стать.

– Abyssus abyssum invocate (лат. бездна взывает к бездне). Да, вы не ослышались, ведь бездна есть всего лишь проекция вашего смотрящего в бескрайность взгляда. Да уж, в кои времена бог дал нам первое слово, – громко заявил Люцифер, чем вызвал разноголосье со стороны левой трибуны. – Глядишь, в скором времени и право на слово вообще перейдёт к нам, – ухмыльнулся Люцифер, на что уже со стороны правой трибуны последовали крики типа: «Не дождёшься!». – Ладно, что уж спорить. Время нас рассудит, – обернувшись на последней фразе к арбитражной комиссии, Люцифер сложил пальцы рук в замок и, подняв их поверх головы, таким знаком отсалютовал Времени. – А почему так вышло, и как я утверждаю, будет всегда выходить? – обвёл взглядом трибуны Люцифер. – Вовсе не потому, что того захотел Господ. А всё потому, что он сам – всего лишь концентратор обстоятельств, перед которыми и находится в собственной зависимости. – Бросил свой взгляд на Господа Люцифер, но тот и бровью не повёл, и единственное, что было видно – он что-то шепнул рванувшемуся было с места Михаилу, и тот, источая молнии, не посмел ослушаться и остановился на месте.