Он вздрогнул, вспомнив холодные глаза Крэбса. Ребят, во что бы то ни стало, следует уберечь от него. Газизов ускорил, шаг. На каменистом пятачке вершины остановился, перевел дыхание. Положив ружьё на землю, он напряжённо стал смотреть в бинокль, и вскоре заметил небольшую группу людей, идущих гуськом. Они были слишком далеко, и он даже не смог определить их количество. Наблюдение вскоре пришлось прекратить, так как они скрылись в большом лесном массиве.
Вернувшись вниз, он оказал ребятам, что они перебазируются на другое место. Минут через двадцать Паук заскользил вдоль ручья. Ножки извивались под его корпусом, как клубки змей.
Речка упиралась в завал, образовавший большой пруд. Плотина была высокая. С обоих берегов поднимались крутые каменные гребни. Путешественники вскоре отыскали просторную площадку на правом берегу, расположенную на высоте около десяти метров над зеркалом пруда.
Серго Сабирович расстелил в тени Паука спальный мешок и прилёг отдохнуть. Неугомонные же ребята полезли на гору.
– Догоняйте! – быстроногая Майя легко бежала наверх. Мальчишки с трудом поспевали за ней. Вот и вершина, но Майя неожиданно отшатнулась назад. – Стойте! Здесь пропасть! – Гребень горы рассекала глубокая и узкая расщелина.
– Пойдёмте вниз, мне холодно, – Майя поёжилась от сильного ветра.
Взявшись за руки, они побежали вниз. Внизу было хорошо. Ребята купались, пытались поймать под камнями руками рыбок, но у них ничего не получилось. После ужина Майя попросила Сеpгo Caбировича что-нибудь рассказать, но он был не в настроении. Спать легли рано. Ночью Газизов несколько раз поднимался и бродил по берегу, прислушиваясь ко всякому подозрительному шороху. Уснул он только под утро.
Пока он спал, ребята решили сами подняться на самую высокую вершину гребня. Первому выпал жребий Шамилю. Майя с Серёжей остались внизу.
– Не отказали бы присоски, – напряжённо сверлила голову мысль. – Придётся тогда кувыркаться до самого пруда. – Наконец, Паук перевалил через бровку вершины и очутился на узкой, вытянувшейся вдоль гребня, площадке.
Шамиль зажмурил глаза от яркого солнечного света. Далеко перед ним раскинулась причудливая горная страна, с остроконечными вершинами, местами поросшая пучками деревьев и кустарника. Солнце уже близилось к зениту. Небо было чистое, без единого облачка. Открыв дверцу, Шамиль спрыгнул на землю и, подойдя к кромке, невольно поёжился. Сверху вниз склон горы как бы ощетинился острыми валунами и небольшими скалами. Спускаться было страшновато. Шамиль никак не мог подавить в себе чувство боязни высоты и решил спускаться на верёвке, оставив машину на вершине.
Привязав конец длинной веревки за корпус Паука, он стал спускаться. Тонкая бечева резала руки, из-под ног сыпались камешки.






