ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Само совершенство Джудит Макнот Judith McNaught PERFECT Печатается с разрешения автора и литературных агентств Curtis Brown, Ltd. и Synopsis. © Judith McNaught, 1993 © Перевод. Я.Е. Царькова, 2012 © Издание на русском языке AST Publishers, 2013 1976 год Маргарет Стенхоуп стояла у распахнутых дверей веранды и с выражением ледяного презрения на породистом лице наблюдала за тем, как дворецкий обносит напитками ее внуков, только что приехавших на летние каникулы из престижных и весьма недешевых учебных заведений, призванных дать своим питомцам солидное конкурентное преимущество на старте. С высокой веранды открывался вид на утопающую в зелени долину, в которой уютно расположился Риджмонт, штат Пенсильвания, – небольшой городок с просторным торговым центром, ухоженным городским парком и извилистыми улицами, обсаженными аккуратно постриженными деревьями. Чуть правее от города, среди разбитых на зеленых холмах площадках для гольфа можно было разглядеть сооружения, принадлежавшие привилегированному загородному клубу. И в самом центре долины, в центре города билось его сердце – разместившийся в неприметных постройках из красного кирпича и занимавший солидную территорию промышленный комплекс «Стенхоуп индастриз». Именно эти принадлежащие Стенхоупам промышленные предприятия кормили большинство живущих в Риджмонте семей. Как это часто бывает в провинциальных городах, Риджмонт имел четкую и отлаженную систему общественной иерархии, в которой семейство Стенхоупов было подобно шпилю на куполе здания, представляющего собой социум городка. И, что весьма символично, особняк Стенхоупов также возвышался над городом на недосягаемой высоте, венчая собой самый высокий холм в окрестностях Риджмонта. Отец Маргарет был далеко не самым последним человеком в городе, как, впрочем, и мать, но, выйд

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

– Не скрывая злорадного удовлетворения, Маргарет объявила: – При условии, что вы оба продолжите учиться, будете получать хорошие оценки и станете вести себя так, как я считаю приемлемым, я продолжу оплачивать ваше обучение и позволю вам сохранить ваши дорогие спортивные автомобили. На этом точка.

Первой реакцией Элизабет было скорее удивление, чем тревога.

– А на что я буду жить? На следующий год я начну учиться в колледже! Мне придется снимать квартиру, покупать еду, одежду, и вообще…

– Тебе не придется снимать квартиру. Ты будешь жить и учиться здесь, в местном профессиональном двухгодичном колледже. Если за время твоей учебы выяснится, что ты способна получить высшее образование, тогда, и только тогда, я позволю тебе уехать учиться в другой город.

– Местный профессиональный колледж, – скривившись от ярости, повторила Элизабет. – Ты меня разыгрываешь!

– Испытай меня, Элизабет. Только попробуй нарушить хоть одно из моих условий, и я выброшу тебя из дому без единого цента. Если только до меня дойдет слух о том, что ты была участницей очередной пьяной оргии, ты больше не увидишь от меня ни доллара. – Посмотрев на Александра, Маргарет добавила: – На случай если у тебя имеются сомнения, это в равной степени касается и тебя. И еще, ты не вернешься в Экзетер следующей осенью, а продолжишь учебу здесь.

Читать дальше

– Ты не можешь так поступить с нами! – возмущенно воскликнул Алекс. – Дедушка никогда бы тебе этого не позволил!

– Ты не имеешь права указывать нам, как жить! – взвизгнула Элизабет.

– Если тебе не нравится мое предложение, – с металлом в голосе проинформировала ее Маргарет, – тогда могу посоветовать тебе устроиться официанткой или найти себе богатого покровителя, поскольку в настоящий момент ты готова только к этим двум родам деятельности.

Маргарет с удовлетворением отметила, что оба они, и внук ее, и внучка, побледнели.

– А как насчет Зака? – угрюмо пробурчал Александр. – У него-то с учебой все в порядке. Ты же не станешь заставлять его перевестись из Йеля в местный колледж?

Момент, которого она так ждала, наконец настал.

– Нет, – сказала Маргарет, – я не стану этого делать.

Повернувшись к Захарию так, чтобы можно было видеть его лицо, Маргарет процедила сквозь зубы:

– А ты убирайся! Убирайся вон из этого дома и никогда больше не возвращайся сюда. Я не хочу видеть тебя и не желаю больше тебя знать.

Если бы не заходившие под скулами желваки, Маргарет могла бы подумать, что ее слова не произвели на него никакого впечатления. Он не стал требовать от нее объяснений, поскольку в таковых не нуждался. На самом деле он, без сомнений, ждал этого приговора с того момента, как она заговорила с сестрой.