ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мое проклятие — это напряженная история о роковом слове и неразрывной связи между бабушкой и внучкой. Взгляды двух женщин, словно заклинило судьбой, переплетаются в этом произведении, где злоба и отчаяние вздымается до пиковой точки в мгновение, когда музыка нарушается и мир замолкает.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Не сомневаюсь, то, как я приветствовала их с дочуркой, он успел заметить. И отметить. И запомнить.

— Лишний раз убеждаюсь, что Гарард — прекрасный целитель, — разглядывая меня, продолжал вещать опекун. — Вам очень повезло с ним, саэр Крэаз.

— Да, — короткий равнодушный ответ.

Покосилась на Саварда.

Он, как и Ритан, смотрел прямо на меня. Невозмутимо, спокойно, бесстрастно. Но вот наши взоры встретились, и серые глаза мгновенно потемнели, вспыхнули черным огнем. Он рванулся навстречу, чтобы тут же угаснуть, раствориться в холодной сдержанности, оставив лишь легкий, почти незаметный отблеск нежности и теплоты.

Внезапно вспомнилась сегодняшняя ночь. Горячечно-жаркая греза, затерявшаяся в череде сновидений, оставившая после себя лишь неясные, странные образы и отголоски смутных чувств.

Словно сквозь пелену густого тумана — знакомое лицо, склонившееся низко-низко. Темная прядь волос над мрачным пламенем глаз. Приоткрытые губы, ловящие мое дыхание. Терпкое до сладости ощущение нежных пальцев, подрагивающих на плечах. Настойчивая, дурманящая мягкость поцелуев на щеке, глазах, волосах.

Растворяется в ночи, поглощенный ею, тихий прерывистый шепот:

— Девочка моя… Мой сладкий яд… Кэти…

Почувствовала, как щеки опалило жаром. Сон или нет? Был Савард у меня сегодня ночью или все это лишь плоды разыгравшегося воображения? Теперь не узнаешь.

— Катэль, милая, прекрасно выглядишь. Зря я переживала за свою маленькую сестренку, беспокоилась, как там она? Одна, вдали от родных и близких. Ты, смотрю, неплохо устроилась.

Фиса. Во всем блеске своей дивной красоты, искусно оттененной роскошным платьем и великолепными драгоценными украшениями. На губах — улыбка. В прищуренных зеленых глазах — лед.

— Вы удивительно заботливы, сирра Альфииса, — ровный мужской голос не выражал абсолютно никаких эмоций. Сейчас Савард вновь превратился в того отстраненно-сдержанного сиятельного саэра, с которым я познакомилась когда-то в доме Эктара. — Но Кателлина никогда не была здесь одна. У нее великолепная наставница, умелые служанки, опытные телохранители.

— Да-да, — пропела Фиса, еще раз окидывая меня с ног до головы цепким взглядом. — Ни мгновения не сомневаюсь, вы сделали все, как полагается, саэр Крэаз. Уверена, у нас еще будет время поболтать, Кэти.

Девушка небрежно кивнула, давая понять, что наше общение на этом закончено, и обратила все свое внимание на жениха.

— Вы проводите меня в отведенные покои, сиятельный саэр?

Мужчина учтиво склонил голову. Маленькая изящная ладошка скользнула по рукаву черной рубашки, опираясь на предложенную руку, и у меня кольнуло сердце. Остро, болезненно, неприятно.

Савард пошел к выходу из зала, уводя с собой Альфиису, а на меня тут же переключился Ритан.