ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я прикрывал отход своей группы и погиб. Но небесная канцелярия решила: рано мне на покой. И вот я в 1984-м! Снова молод и полон сил. Но вместо автомата у меня фотоаппарат «Зенит» и блокнот с ручкой. Теперь моё оружие – слово.
Первое задание: Ближний Восток!
И только одно по-настоящему не изменилось: я снова на передовой!

Густой туман тонким слоем стелился по земле. Прохлада заползала под рубаху и «мурашками» расползалась по телу. С каждой минутой обстановка вокруг накалялась. — продолжал запрашивать меня командир, а мне было не до разговоров. Противник подступал всё ближе и ближе. Пули продолжали крошить стволы деревьев, а гранаты долетать всё ближе. — крикнул слева от меня рядовой с позывным «Рио», перезаряжая магазин. — Работаю, — сказал я и перенёс огонь из автомата в сектор Рио, чтобы прикрыть его. — Ещё группа, — доложил по связи мой заместитель с позывным «Бек».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В этот момент снаружи прогремел очередной разрыв, в окне сверкнула вспышка. Один из оконных проёмов осыпался грязью, удар волной бросил пыль в лицо.

— Выходим! — тотчас скомандовал я.

Мы рванули по открытому участку, петляя между воронками. Каждая секунда могла стать последней. Сзади вновь взревел реактивный снаряд, но удар пришёлся метрах в ста.

Добежав до очередного укрытия, мы втащили Фаузи внутрь. Там было тесно,

но безопаснее.

— Дальше его заберут санитары, — сказал я, глядя на пепельное лицо раненого и приближающихся санинструкторов.

Из рации одного из связистов затрещало.

— Песок — Посту 8. Есть движение. Пытаются пробиться вдоль старой бетонки. Мы держим, но нужна поддержка. Просим срочно арту.

— Есть координаты? — уточнил Сопин, подходя к радиопереговорщику.

— Да, прилагаем — 347−221. Повторяю: три, четыре, семь — два, два, один. Направление по цели двести тридцать градусов.

Сопин мгновенно передал по внутреннему каналу артиллеристам, дал команду корректировщикам.

Командный пункт дрожал от каждого залпа, но держался. И мы тоже держались и готовились встретить штурм.

— Песок — Пункту 1. Дым густой, но видим движение. Пехота противника медленно выдвигается между сопками. Дистанция — восемьсот метров и сокращается.

— Принято. Удерживайте позицию, открывайте огонь при сближении до четырёхсот, — спокойно ответил Сопин в тангенту.

Я подошёл карте. Примерно зная расположение пункта 1, мысленно провёл линию по направлениям движения. Южная кромка была слабым местом. Там располагались склады, не укреплённые, с минимумом бетонных укрытий. И не было наших позиций. Если противник прорвётся там, он сразу выйдет к старой полосе, а от неё до штаба не больше двухсот метров.

— Геннадьевич, им нужно сюда. Пост 10. Здесь кратчайший путь к нам, — указал я на карте. — Прорвутся, и тогда смогут рассечь аэродром пополам, если пройдёт техника.

Сопин подошёл ближе и прикинул варианты.

— У нас там только наблюдательный пост. Предложения?

— Выдвинуться туда с расчётом РПГ. Потом можно и «Конкурс» подтянуть.

К нам подошёл Сардар и согласился с тем, что эту позицию стоит укрепить.

— Сейчас отправлю людей, — ответил сирийский командир и начал вызывать по радиостанции старшего из бойцов.

Через пару минут пришёл рослый сириец и Муса. Им быстро объяснили задачу и они начали выдвигаться.

— Всего двое? — спросил я.

— С ними ещё расчёт РПГ. Пока всё.

— Понял. С ними пойду, — сказал я, поправляя разгрузку и взяв автомат.

— Алексей Владимирович, вы уже на медаль здесь наработали. На орден хотите? — спросил у меня Сопин.

— Сразу на два.

Собравшись, мы двинулись в сторону старых песчаных мешков, оставшихся со времён ещё предыдущих обстрелов. Через каждые двадцать шагов слышались хлопки, свист снарядов.