Садам был крепким мужиком с сухим лицом и внимательным взглядом. Мы предпочли не откладывать дело в долгий ящик и со словами «пионер всегда готов», выразили желание выдвигаться уже сейчас. Сведения, которые были в нашем распоряжении, следует передать незамедлительно в штаб.
Мы тепло попрощались с местными и отправились в путь.
Араб оказался молчаливым мужиком. Мы выехали на лошадях. Проводник был впереди и знал, как пройти наиболее безопасно и по короткому пути. День шёл к вечеру, жара спадала, но уставшие мышцы всё равно отзывались на каждый шаг.
Пейзаж менялся медленно. Постепенно начали появляться низкие холмы и редкие деревья. Иногда мелькала старая дорога.
Ближе к ночи на горизонте вспыхнули огни Дамаска. Мы остановились у небольшой возвышенности. Город расположен в низине и хорошо просматривался.
Проводник Садам указал на город — мол, дальше сами.
— Спасибо. Без тебя бы не дошли, — поблагодарил я, протянув ему руку. Садам пожал её крепко. После он повернулся и, потянув лошадей за поводья, пошёл обратно в деревню.
— Странные они, — пробормотал Сева.
— Зато в них людского побольше, чем в некоторых, — сказал я.
Мы пошли к Дамаску.
Я понимал, что выглядим мы сейчас не лучшим образом. Но времени на то, чтобы привести себя в порядок не было.
Моя рубашка была разорвана под мышкой, брюки запятнаны, а рюкзак в двух местах прожжённый.
Сева выглядел не лучше. Чумазый, в рванье и пыли с головы до пят. Он к тому же слегка прихрамывал.
Пока мы шли по городу, люди оборачивались, провожая нас взглядом. Двое явно неместных мужиков так или иначе привлекали внимание.
— Сейчас ещё кто-нибудь тормознёт, — хмыкнул Сева, озираясь на очередной переулок.
Тормознуть действительно могли. В одном месте показались внутренние войска — трое сирийцев, с автоматами. Один повернул голову в нашу сторону, прищурился, но ничего не сказал.
— Пронесло. Сейчас ещё не хватало объяснять, кто мы такие, — выдохнул Сева, не сбавляя шаг.
— Ага. Конная полиция.
— Ты ещё скажи, что мы из эскадрона гусар летучих, — посмеялся Сева.
Наконец, мы зашли в район, где располагалось здание советского посольства в Дамаске.
Дежурный на проходной оглядел нас с подозрением, всё-таки наш внешний вид оставлял желать лучшего.
— То есть, наши документы тебе ни о чём не говорят? — спросил я, показывая ему своё чудом уцелевшее удостоверение
— К кому? Зачем? — строго спросил он.
— Срочно к Максиму Евгеньевичу Римакову! — гаркнул Сева.
— Его нет… — нахмурился дежурный. — Вы время видели?
— Вызванивай, родной. И передай, что у нас
информация по «горному делу».
— Так вы геологи? — спросил солдат.
На КПП зазвонил телефон, и молодой боец подошёл к трубке.
— Понял, — ответил он в трубку и повернулся к нам. — Вас ожидают.






