ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я прикрывал отход своей группы и погиб. Но небесная канцелярия решила: рано мне на покой. И вот я в 1984-м! Снова молод и полон сил. Но вместо автомата у меня фотоаппарат «Зенит» и блокнот с ручкой. Теперь моё оружие – слово.
Первое задание: Ближний Восток!
И только одно по-настоящему не изменилось: я снова на передовой!

Густой туман тонким слоем стелился по земле. Прохлада заползала под рубаху и «мурашками» расползалась по телу. С каждой минутой обстановка вокруг накалялась. — продолжал запрашивать меня командир, а мне было не до разговоров. Противник подступал всё ближе и ближе. Пули продолжали крошить стволы деревьев, а гранаты долетать всё ближе. — крикнул слева от меня рядовой с позывным «Рио», перезаряжая магазин. — Работаю, — сказал я и перенёс огонь из автомата в сектор Рио, чтобы прикрыть его. — Ещё группа, — доложил по связи мой заместитель с позывным «Бек».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Самый разговорчивый боец всё это время с недоверием поглядывал в мою сторону. А я… я разглядывал окружающее нас пространство, стараясь запомнить всё до мелочей.

Солнце пекло безжалостно, словно ему было плевать, что под ним ходят живые люди.

Дома были с серыми фасадами, покрытыми паутиной трещин. На многих стенах домов следы от пуль и осколков, на некоторых свежие заплаты из кирпича и бетона.

На балконах висели выцветшие от солнца простыни и детские майки. Из переулка выехали два подростка на мотоцикле. Один держал две большие канистры, связанные и перекинутые через плечо. Другой жевал что-то и таращился на нас.

В стороне кто-то сварливо кричал по-арабски. Похоже, семейная сцена между женщиной и мужчиной.

— Это вам. Пригодится. Сомневаюсь, что в корпункте у вас есть запасные, — протянул мне Казанов видеокамеру и фотоаппарат.

Я начал припоминать, что вообще такое корпункт. Оказывается это просто квартира, где жил мой реципиент.

Потрясающе! В прошлой жизни я так и не успел взять квартиру по военной ипотеке, «служебкой» так и не разжился, зато в Бейруте всё есть.

— Кстати, с вами поедет Гиря.

— Иваныч! — возмутился боец.

Это был самый разговорчивый спецназовец из группы. Среднего роста, коротко стриженный, с острыми скулами и пронзительными зелёными глазами. Взгляд у него был серьёзный, капли пота медленно стекали по вискам, а дышал парень, будто бык перед матадором.

Виталий медленно повернулся к Гире и молча на него посмотрел. И, если честно, во взгляде Казанова отчётливо читалось — «Пристрелю!».

— Есть, взять камеру, — выдохнул Гиря и взял у меня аппарат с маркировкой JVC.

— Вон ваша машина. Жду в условленном месте, — сказал Казанов и показал на второй автомобиль.

И вот тут я стал сомневаться, по какому поводу Гиря больше всего возмущался. То ли по моей кандидатуре в качестве пассажира, то ли из-за марки автомобиля.

Передо мной был самый настоящий Фольксваген модели «Жук». Жёлтого цвета!

— Иваныч, может, подбросите нас. Ну это ведь «Жук». Там места меньше, чем у меня в чемодане, — предложил Гиря.

Казанов взглянул на меня и защёлкал пальцами, опять поворачиваясь к своему подчинённому.

— Гиря, рот закрой — кишки простудишь, — сказал Виталий, закрыл заднюю дверь микроавтобуса и пошёл в кабину.

Машина завелась и уехала. Как только микроавтобус отъехал на достаточное расстояние, я решил, что нужно наладить общение с Гирей.

— Лёха, — протянул я ему руку.

— Кирилл, —

пожал Гиря мне руку и понёс в наш суперский автомобиль камеру и бронежилет.

— А почему Гиря? Созвучно с Киря?

— Мастер спорта по гирям. Ну и созвучно тоже. Выдвигаемся, а по дороге поговорим.

Я согласился с ним и сел на место пассажира.

Машина тряслась по ухабистой дороге. Иногда приходилось петлять между камнями и мусором на проезжей части.