ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

ПЕРВАЯ КНИГА ТУТ:

Я прикрывал отход своей группы и погиб. Но небесная канцелярия решила: рано мне на покой. И вот я в 1984-м! Снова молод и полон сил. Но вместо автомата у меня фотоаппарат «Зенит» и блокнот с ручкой. Теперь моё оружие – слово.
Второе задание: Афганистан!
И только одно по-настоящему не изменилось: я снова на передовой!

Рампа грузового Ан-22 медленно опускалась на бетон кабульского аэродрома, впуская знойный воздух в грузовую кабину. Отбросив последние остатки сна, поднялся на ноги и проследовал на выход. Я медленно спускался по металлической, чуть вибрировавшей, поверхности. Столица Афганистана встречала духотой и палящим солнцем. Сухой, выжженный воздух обрушился моментально. Ощущение было такое, будто я вошёл в цех термической обработки. Спустившись на бетон, я остановился у подножия рампы и огляделся. — прошёл мимо меня один из членов экипажа «Антея».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Агрессия читалась очень хорошо.

Теперь замполит стоял передо мной с перекошенной пьяной физиономией. Его лицо было багровым. Вены на шее вздулись, глаза яростно метались.

— Иди куда шёл! Ты хоть знаешь кто я⁈ — зарычал он, возмущенно хватая воздух ртом.

— Знаю, ты майор Салихов. Заместитель командира 80-й бригады по политической работе, — ответил я спокойно, хотя внутри все кипело. — Не стыдно поднимать руку на женщину, товарищ замполит?

— Ты чё, меня учить собрался, а? Лезешь, куда не надо, гражданин корреспондент!

Я молчал, смотрел ему прямо в глаза. Офицер на секунду завис, видимо переваривая факт того, что разговор в таком ключе с ним в принципе возможен. Затем резко продолжил.

— Ты же ничего не знаешь, Карелин. Думаешь, герой, да⁈ — прорычал он.

Он метнулся вперед и пытаясь оттолкнуть меня. Я шагнул в сторону, перехватил его руку, развернул корпус и заломил ему локоть за спину.

Он охнул.

— Не дергайся, товарищ майор.

— Отпусти, гад! — зашипел он.

— Спокойно, я не хочу делать хуже, — процедил я.

— Отпусти! Она сама знает за что получила…

Он не договорил, позади послышались спешные шаги. Подбежали Трошин и Артамонов.

— Леха! Пусти его! — Трошин схватил меня за плечо.

— Может лучше напомнишь ему устав? Или честь офицера это теперь пустой звук? — процедил я, не торопясь отпускать Салихова.

Таких, кто поднимал руку на женщин я искренне презирал. И мне было всё равно. Будь у него хоть сколько звёзд на погонах

Я нехотя оттолкнул его от себя.

— Товарищ майор! — Артамонов встал между нами. — Мы все уладим.

Салихов вырвался, пошатываясь. Исподлобья глянул на меня, пыль на его лице блестела от пота.

— Ты запомни, Карелин! — прошипел он, тряся пальцем. —

Я тебе этого просто так не спущу. Увижу ещё раз, вылетишь отсюда, как пробка.

Видя, что это может закончиться скорым свиданием Салехова с землей, Артамонов взял его под локоть.

— Майор, вам бы… отдохнуть. Серьезно перегрелись за день. Давайте я вас отведу.

— Сам дойду, не инвалид! — зарычал Салихов. — Я вам тут всем, сука, устрою проверку!

— Да я только за, — бросил я. — В статье так и укажем, что «устроили» проверку.

Он зыркнул на меня с ненавистью, я не отвёл глаз.

Салихов сплюнул в сторону и направился прочь. Мы остались втроём.

— Пошли, — вздохнул Трошин.

Немного постояв, мы двинулись к модулю. Воздух, несмотря на поздний час, был горячий, как из кузнечного горна. Над стоянкой клубился дым от дежурного генератора. Луна едва пробивалась сквозь пыльное небо.

— Что это вообще было? — спросил я.

— Да брось, Карелин, — Трошин нервно засмеялся. — Баба, майор, жара… Афган… Сам понимаешь.

— Не понимаю. Поэтому и спрашиваю, — я посмотрел ему в глаза.

— Ну… может, были у них какие-то дела. А может, и не было. Кто ж ее знает. Она девушка симпатичная, фигуристая.