ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

ПЕРВАЯ КНИГА ТУТ:

Я прикрывал отход своей группы и погиб. Но небесная канцелярия решила: рано мне на покой. И вот я в 1984-м! Снова молод и полон сил. Но вместо автомата у меня фотоаппарат «Зенит» и блокнот с ручкой. Теперь моё оружие – слово.
Второе задание: Афганистан!
И только одно по-настоящему не изменилось: я снова на передовой!

Рампа грузового Ан-22 медленно опускалась на бетон кабульского аэродрома, впуская знойный воздух в грузовую кабину. Отбросив последние остатки сна, поднялся на ноги и проследовал на выход. Я медленно спускался по металлической, чуть вибрировавшей, поверхности. Столица Афганистана встречала духотой и палящим солнцем. Сухой, выжженный воздух обрушился моментально. Ощущение было такое, будто я вошёл в цех термической обработки. Спустившись на бетон, я остановился у подножия рампы и огляделся. — прошёл мимо меня один из членов экипажа «Антея».

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Внутри двора повсюду лежали разбросанные вещи. Люди в спешке покидали своё жилище понимая, что здесь больше нельзя оставаться.

— Коля, тебе не уйти. В Пакистан собрался или до Ирана сможешь добежать? — кричал Глебов Дорохину.

— А я попробую.

И, судя по тому что подполковник отстреливался, он это сделать попытается. Подняв автомат, я медленно двинулся на звук выстрелов. Но подкрасться незамеченным не вышло. Раздался выстрел, и пуля засела в стену рядом со мной.

— Не будь таким уверенным, Алёша! — раздался его холодный голос. — У меня ещё достаточно патронов, чтобы уложить вас обоих!

Вновь начал стрелять Глебов, отвлекая на себя внимание подполковника.

— Ты загнан в угол! — выкрикнул Сергей Павлович, поднимаясь и вскидывая автомат. — Лучше сдавайся, а потом разберёмся!

Ответом было несколько выстрелов Дорохина, заставивших меня снова укрыться за стеной. Глебов снова дал очередь, а я сменил позицию, подбираясь к Дорохину ближе.

— Я не собираюсь под трибунал! — громко сказал подполковник.

Удивительно, но в его голосе не было и намёка на истерику.

Через пару шагов я оказался совсем рядом с местом, где засел Николай Васильевич. Вариантов теперь было два. Первый — подорвать предателя гранатой, но тогда он отсюда отправится прямиком на тот свет. Второй — попытаться взять его живым. И это вариант более рискованный.

В этот момент с другой стороны дувала снова прогремела очередь Глебова, и я воспользовался этим, выскочив в проход между камнями.

Дорохин сидел у стены, глядя в сторону позиции Глебова и пытаясь найти угол для ответного огня. Увидев меня, он вскинул автомат, но я его тут же выбил.

— Сиди! — громко сказал я.

Глебов в этот момент уже кричал, мне что выходит из укрытия.

— Давай без глупостей, Коль, — тихо сказал Глебов, подбежав к нам.

Подполковник переводил взгляд с меня на Сергея Павловича, понимая, что отступать некуда. Его лицо исказила довольная ухмылка.

— Ну и? Что дальше, Серёжа? — прошептал Дорохин, поднимаясь на ноги. — Меня не так просто будет доставить…

Договорить он не успел, поскольку Глебов мощно вмазал ему по лицу кулаком. Да так, что Дорохин отскочил назад и ударился в стену дувала.

— А мы попробуем, — рявкнул Глебов.

Дорохин ещё секунду приходил в себя, а потом с ненавистью посмотрел на нас.

— Ну так что дальше? Ещё раз меня ударишь? А может начнёшь прям тут допрашивать? Не успеешь. Авиация скоро тут всё накроет, — хрипло произнёс Николай Васильевич, тяжело дыша.

— А дальше, гражданин Дорохин, тебя ждёт суд, — ответил Глебов, подходя и резко выкручивая руки Дорохина за спину. — Справедливый суд.

Я подобрал автомат Дорохина и посмотрел в его глаза. В них не было отчаяния, а просто пустота человека, осознающего, что проиграл.

— Побегу к Лапшину, — произнёс я и ускорился в направлении Семёна.