ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.

Михаил Шерр, Аристарх Риддер Накануне, получив известие о приезде комиссии и нисколько не сомневаясь в положительном вердикте, Владимир Фёдорович предложил сразу же после окончания её работы, в присутствии всех членов, без единой минуты промедления начать монтаж первого серийного дома. Задумка была красивая и убедительная: первая пятиэтажка ещё не принята комиссией, а мы уже готовы приступать к монтажу следующей. Пусть видят, что это не штучный эксперимент, а настоящее серийное производство жилья, поставленное на поток.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

За столом засмеялись, по-настоящему и впервые за весь этот долгий день. Андрей сказал, что это формулировка для устава. Анна Васильевна посмотрела на него с неожиданным одобрением.

Потом немного танцевали, патефон с довоенными пластинками принесла Анна Васильевна. Я танцевал только с Машей. Неожиданно у меня это получилось несмотря на мой протез. Андрей был на расхват, с ним по очереди танцевали Лена и больше всего Женя, они определенно друг другу понравились.

Старшие женщины сидели и смотрели на нас и по выражению их лиц было понятно о чем они думают и кого вспоминают, все трое уже вдовы.

Разошлись около одиннадцати. Андрей и Анна Николаевна на нашей «эмки» поехали домой, а Лена на ночное дежурство в госпиталь, Михаил специально приехал к этому часу. Женя жила рядом и ушла пешком. Лена помогла убрать посуду и попрощалась с нами и двери в свою комнату. Анна Васильевна уходила последней. Уже стоя в пальто у двери, она негромко сказала:

— Хорошо, что вы поженились. Время сейчас такое, нельзя откладывать.

Она пожала нам руки, неожиданно крепко, по-мужски, и вышла.

Стало тихо. Вера Александровна убирала помытую посуду, аккуратно расставляя чистые тарелки. Маша стояла у окна и смотрела на тёмную улицу. Я подошёл и встал рядом. Она не обернулась, только чуть подалась ко мне плечом.

За окном был Сталинград сентября сорок третьего. Строительные леса, прожекторы на стройке панельного завода и сохраняющиеся запахи, стоящие здесь уже второй год. И где-то очень далеко, за горизонтом, всё ещё война.

Глава 3

Когда начался аврал с расширением панельного завода, я решил, что хватит тянуть резину, и взялся форсировано сдавать экзамены за третий курс. Стало просто не по себе: все мои товарищи вкалывают, выкладываются до последнего, а я буду выполнять решения бюро горкома и сачковать, якобы учусь. Нечестно это: перед ними, городом и самим собой.

Поэтому я сразу сдал экстерном два предмета: железобетонные конструкции и организацию строительного производства. После этого поговорил с Виктором Семёновичем и дал ему честное слово сдать экстерном оставшиеся предметы третьего курса ещё до конца года. Он принял моё обещание к сведению и сказал, что при таком раскладе возражать против нарушения требований бюро горкома не станет. А я сразу же влился в общий ритм работы наравне со всеми.

Но утром двадцать шестого сентября, после первой нашей брачной ночи, вставать и ехать куда бы то ни было мне совершенно не хотелось. Впервые за долгие месяцы я просто лежал и думал о том, как хорошо, когда есть выходные: можно никуда не спешить, не торопиться, а лежать вот так, слушать тихое дыхание жены, спящей у тебя на груди, и ощущать тепло её тела.