ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я погиб, прикрывая отход своих бойцов, а очнулся в теле легендарного артиллериста, который в одиночку остановил танковую колонну вермахта ценой собственной жизни.
Теперь у меня есть реальный шанс изменить историю. Боевой опыт современности, знание будущего и умение побеждать — мои главные козыри. Но впереди самые тяжелые годы войны.
Фрицы уверены, что сломят Красную армию за несколько месяцев. Враги еще не знают, что есть человек, который может поломать все их планы. Но хватит ли ему времени, чтобы уберечь от разгрома и окружения 28-ю армии и спасти командарма Качалова?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Тридцатого, — голос Вебера стал ещё жёстче, — уточнить всё, что возможно, про ВЧ-связь. Чтобы не было никаких оплошностей! — Тридцатого июля нужно провести операцию по подрыву заправочных пунктов…

— Максим Константинович! — неожиданно прервал гауптманна Доктор. — Да у нас, нахрен, столько людей не будет, сколько вы тут всего напланировали! Вам, может, в Абвере, кажется, что всё легко и просто, только под советские пули нам идти!

— А ты постарайся, Айболит! — жестко ответил Вебер. — Рейх тебя не забудет! Вы тут и так два года штаны протирали на всём готовом! Пришла пора отдавать долги! Продолжим: тридцать первого — за двенадцать часов до начала немецкого наступления мы должны повредить кабель правительственной ВЧ-связи — тем самым лишить штаб Качалова[1] оперативной информации из Москвы.

— Наступление назначено на первое августа? — переспросил Профессор.

— Да, — Вебер снова посмотрел на карту, — это дата начала генерального наступления Гудериана на Рославль. Дальше не заглядываю — как пойдет… Но мы должны сеять панику в рядах отступающих советских частей. А что они будут отступать — никаких сомнений. В ночное время, — продолжил он, — нужно наладить целеуказание уцелевших узлов обороны города для наших бомбардировщиков…

— И это всё? — даже с некоторой иронией поинтересовался Профессор.

— А если наша группа умудрится сохранить мост через реку Остёр от подрыва красными, можете надеяться на одну из высших наград Рейха — Железный Крест! Вот теперь на сегодня всё! — подытожил Вебер, поднимаясь из-за стола.

Профессор откашлялся:

— Ну, и аппетиты у вас герр гауптманн…

— Аппетиты, Профессор, у Рейха, — усмехнулся Вебер, сворачивая карту. — А мы с вами лишь инструмент в его руках. И если инструмент плохой, и не справляется с задачей — его выбрасывают. Надеюсь, вы это понимаете? Профессор молча кивнул, а Айболит лишь криво ухмыльнулся, но промолчал — спорить с гауптманном он больше не рисковал.

— Всё, господа, — Вебер хлопнул ладонью по столу. — Завтра подъём будет ранним. А сейчас — наслаждайтесь последними часами спокойствия. Гутен абент, господа!

[1] Владимир Яковлевич Качалов — советский военачальник, генерал-лейтенант, который в начале Великой Отечественной войны командовал 28-й армией. Под Рославлем в июле — августе 1941 года его армия вела тяжелейшие оборонительные и наступательные бои, сдерживая продвижение немецких войск на Москву. Генерал Качалов погиб в бою под Рославлем 4 августа 1941 года во время прорыва из окружения.

Глава 2

Вебер вышел из-за стола, прихватив с собой карту, и направился к двери. На пороге обернулся, скользнул холодным взглядом по своим подручным:

— И не вздумайте расслабляться. Никакого самогона! Завтра с утра — Корявого и Фичу ко мне.