Папаня Макса здорово подгадил всей своей семье.
– Но почему именно дочь какого-то северного варвара? – подал голос старший сын Генриха, Габриэль. – Разве в Вестонии не нашлось более достойной кандидатуры?
– А давай об этом спросим у твоего кузена, – с насмешкой в голосе произнес граф. – Как думаешь, Макс? Почему выбор пал на какого-то северного варвара?
Дядюшка не прекращает попыток натравить на меня свою семейку. Любопытно, зачем ему это? Пытается натаскивать сыночков словно охотничьих псов на волка?
Все взоры сидящих за столом обратились в мою сторону. В основном на меня смотрели снисходительно, как на деревенщину. Габриэль был явно раздражен пренебрежительным тоном отца и необычным вниманием к этому жалкому бастарду.
Я с сожалением отложил столовые приборы.
– Думаю, это связано с войной, – ответил я.
– Хах! – насмешливо воскликнул Франсуа. – Великолепно! Тоже мне откровение! С таким же успехом, отец, ты бы мог обратиться к какому-нибудь лавочнику в торговом переулке.
– Дорогой
кузен, – обратился я к нему. Его явно это покоробило. Вон как скривился. – Вы зря недооцениваете аналитические способности лавочников. Эти люди ежедневно следят за происходящим в родном королевстве и в мире. Если они не будут держать руку на пульсе, их дело зачахнет.
– Отец! – скривился Франсуа. – Это просто смешно. Что может знать лавочник о политике?
Генрих проигнорировал слова сына. Кстати, во взгляде герцогини я заметил веселые искорки. Бьюсь об заклад, она не самого высокого мнения о своих племянниках.
– Макс! – улыбаясь, обратилась ко мне Ивелин. – Ну же! Парируй! Что может знать о политике простой лавочник?
– Очень многое, – ответил я. – Скажу больше, вам бы, дорогая кузина, стоило взять у одного из них несколько уроков.
– Боюсь, батюшка будет против, – хихикнула Ивелин.
– Хорошо, тогда позвольте я объясню свою мысль на простом примере.
Франсуа громко фыркнул. А Габриель снисходительно усмехнулся.
– Для примера давайте возьмем… кхм… – я демонстративно осмотрел стол и указал пальцем на маленькое фарфоровое блюдце. – Вот хотя бы это…
– Блюдце? – спросила Ивелин.
– Да, – кивнул я. – Из чего оно сделано?
– Это фарфор.
– Верно, – кивнул я. – А если быть точным – оно сделано из белой глины. Которую добывают на севере. В графстве де Лузиньян.
– К чему все это говоришь? – не вытерпел Франсуа. – И как это связано с лавочником?
– Напрямую, – ответил я. – Лавочник торгует этим фарфором.
– О, боги! – покачал головой кузен. К слову, его родители и тетка не вмешивались. Они внимательно меня слушали.
– Макс, какая связь между фарфором, войной, принцем Луи и дочерью конунга? – спросила Ивелин.
– Правильный вопрос, милая кузина, – улыбнулся я в ответ и взял в руки легкое блюдце.






