ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Прошение Генриха де Грамона к королю о снятии с Макса Ренара всех обязательств по службе в Западной крепости подписано. Долг Макса перед короной выполнен. Теперь «заботливый» дядюшка ждет своенравного и капризного племянника в столице, чтобы поскорее женить его на виконтессе Аурелии де Марбо.
Макс понимает, что отвертеться от поездки в столицу не получится. Тем более, что у него самого, помимо личных дел, накопилось много вопросов, как к брату отца, так и к некоторым родственникам по материнской линии. Поэтому Макс решает отправиться в Эрувиль, чтобы самолично определить, насколько выгодны ему эти узы крови.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Пока Генрих молча переваривал очередную новость, младшие члены семьи начали горячо обсуждать услышанное. Очень быстро дискуссия переросла в спор на тему: кого из принцев королю правильней было женить на маркизе де Гонди.

Судя по тому, что старшие не спешили встревать в политическую дискуссию младших, подобные дебаты ими даже поощрялись. Видимо, именно таким способом и формировалось понимание политических тонкостей в аристократических семьях.

Кстати, тот факт, что разговор велся в моем присутствии, меня не удивлял. После приема у тулонского бургомистра я понял, что в местном аристократическом обществе обсуждение всего, что происходит при дворе, это нормальная практика. Они смело и открыто говорили о нарядах фавориток короля, его политике как внутри страны, так и вне ее, о разных сплетнях и скандалах, касавшихся как самих принцев, так и их ближайших сторонников.

– Полагаю, – обведя всех гордым взглядом, произнес Габриэль. – Более ни у кого не осталось сомнений, кто станет следующим дофином Вестонии?

– С этим трудно спорить, брат, – поддержал Франсуа. – После того, как маркиза де Гонди станет женой Филиппа, на его стороне встанет еще и весь юг.

– Восток и юг – это уже сила! – кивнул Габриэль.

– Значит, все было напрасно? – недоуменно спросила Ивелин.

– Ты о чем? – поднял бровь Франсуа.

– Об этих подвязках… – приподняла она локоть, на котором была повязана широкая лента изумрудного цвета, обшитая золотыми нитями.

– Полагаю, что его величество, преследуя какие-то только ему известные цели, наконец, добился своего, – пожал плечами Габриэль.

– А я не жалею, – подала голос их старшая сестра и мечтательно оглядела свой наряд. – Это были прекрасные дни. Красочные и волнительные.

Я внутренне хмыкнул. А еще кровавые. Одним богам известно, сколько за последние месяцы из-за этого ажиотажа с повязками погибло на дуэлях молодых аристократов. Хех… И с чего ты взяла, что всё уже закончилось?

Своим неожиданным вопросом Ивелин подловила меня в тот самый момент, когда маленькая десертная ложечка была у меня во рту.

– Макс! – звонко воскликнула она. – Оторвись ты, наконец, от десерта и скажи нам, что думаешь обо всем этом?

Все взгляды де Грамонов уже в который раз скрестились на мне. Вот ведь неугомонная пигалица. Такое ощущение, что она специально это делает. Не удивлюсь, если узнаю, что тетка и папаша заранее подговорили ее. Пришлось отложить ложечку и невозмутимо ответить вопросом на вопрос:

– Милая кузина, не могли бы вы конкретизировать, что именно вас интересует?

– Ну, например, – прикоснувшись указательным пальчиком к своему подбородку, задумчиво прищурилась Ивелин. – Мне вот интересно узнать твое мнение о том, почему его величество решил этой женитьбой подыграть именно Филиппу.