ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очнулся, кругом снег, кровь и мёртвая рысь. На затылке рана, прибежавший мужик тебя сиятельством называет, да всё по имени-отчеству. Только вот ты не помнишь, ни что произошло, ни почему ты сиятельство. Ты даже имени своего не помнишь, и всё вокруг кажется тебе не таким, как должно быть, неправильным. Но, ничего, руки-ноги целы, голова работает, а память вернется. Тем более, что всё вокруг твердят, что рысь тебя благословила.

Больше новинок на https://booksnew. ru/ Или на нашем телеграмм канале https://t. Женька, черт тебя подери, открывай! — я открыл глаза и посмотрел на часы. И кто там ломится ко мне практически ночью? Набросив на плечи форменную куртку и сунув ноги в тапочки, пошёл открывать. Стучали-то в окно, в дверь бы долбились, хер бы я услышал. Веранда большая, двери хорошие утепленные, недавно новые поставил. Вот кто-то и обошёл дом, да в окошко спальни начал стучаться. Тогда прекратят шляться, где попало, чтобы задницу, да яйца сберечь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если хорошо себя чувствуешь, пошли на стрельбище. Я всё ещё хочу посмотреть, как именно ты стреляешь.

Я не стал себя долго уговаривать. Тем более самому хотелось прогуляться на открытом воздухе.

В холле, по которому я вчера прошёл практически не глядя, нас ждал дворецкий. Он держал в руках пальто и куртку, похожую на ту, в которой я вчера по земле валялся.

Куртка была неудобной. Я посмотрел на неё и скривился. Я же граф, в конце концов, неужели не могу что-то получше себе подобрать, или вообще сшить? У нас тут портные водятся? Тупой вопрос на самом деле. Кто-то же одежду шьёт.

Дворецкий помог сначала одеться деду, а затем подошёл ко мне.

— Меня зовут Афанасий, ваша светлость. Все слуги уже предупреждены, что у вас проблема с памятью из-за ранения, — и он ловко впихнул меня в куртку, я даже пискнуть не успел.

— Очень хорошо, Афанасий, — вместо меня ответил граф. — Мы идет на стрельбище. Побудь нашим ассистентом.

— Как вам угодно, ваше сиятельство, — он невозмутимо поклонился, и в его руках как по волшебству появилось пальто почти такое же как у деда. Может только качество чуть похуже.

Ну охренеть, что я могу сказать. Колоритная из нас троица вышла ничего не скажешь. Впереди идут два почтенных джентльмена, а позади непонятно кто: то ли бомж, то ли неформал, художник, в общем. Эх, зря я патлы обстриг, они сейчас как раз в тему были бы.

Сам не знаю почему, но подобный расклад вызывал во мне глухое раздражение, которое усугублялось тем, что жесткий воротник куртки был не отложным и сильно натирал шею.

Погода была отличная. В воздухе отчётливо запахло весной. Небо было ясное, ни облачка. Стрелять, правда, в такую погоду не слишком приятно. Солнце так и норовит слепануть. Но ничего, и не в таких условиях стрелять приходилось, прорвемся.

На стрельбище был установлен стенд. Афанасий подошёл к машине и принялся заряжать её тарелочками.

— Поверни, чтобы солнце в шары не било, — хмуро посоветовал я ему и принял ружьё у подбежавшего парня. — Заряженное? — Спросил я у него. Парень закивал головой. Кивал он так интенсивно, что появилось опасение отвала башки от довольно худой шеи. — Принеси патроны.

— Что принести? Я вас не понимаю, ваше сиятельство, — он растерянно посмотрел на деда.

— Полагаю, Евгений имеет в виду те приспособления, которые использует император Кречет с семейством во время пострелушек, возможно, у князей Тигровых они имеются. Но я предпочитаю классику, — ответил дед и кивнул на Афанасия. — Командуй, Женя, по готовности.

Я осмотрел ружьё. На этот раз это была вертикалка с одним спуском. Хорошее ружьё прикладистое. Калибр мелковат, не двенадцатый, это точно. Я ещё раз осмотрел ружьё. Двадцаточка, любимый калибр. Вот только гложут меня сомнения.