Если хорошо себя чувствуешь, пошли на стрельбище. Я всё ещё хочу посмотреть, как именно ты стреляешь.
Я не стал себя долго уговаривать. Тем более самому хотелось прогуляться на открытом воздухе.
В холле, по которому я вчера прошёл практически не глядя, нас ждал дворецкий. Он держал в руках пальто и куртку, похожую на ту, в которой я вчера по земле валялся.
Куртка была неудобной. Я посмотрел на неё и скривился. Я же граф, в конце концов, неужели не могу что-то получше себе подобрать, или вообще сшить? У нас тут портные водятся? Тупой вопрос на самом деле. Кто-то же одежду шьёт.
Дворецкий помог сначала одеться деду, а затем подошёл ко мне.
— Меня зовут Афанасий, ваша светлость. Все слуги уже предупреждены, что у вас проблема с памятью из-за ранения, — и он ловко впихнул меня в куртку, я даже пискнуть не успел.
— Очень хорошо, Афанасий, — вместо меня ответил граф. — Мы идет на стрельбище. Побудь нашим ассистентом.
— Как вам угодно, ваше сиятельство, — он невозмутимо поклонился, и в его руках как по волшебству появилось пальто почти такое же как у деда. Может только качество чуть похуже.
Ну охренеть, что я могу сказать. Колоритная из нас троица вышла ничего не скажешь. Впереди идут два почтенных джентльмена, а позади непонятно кто: то ли бомж, то ли неформал, художник, в общем. Эх, зря я патлы обстриг, они сейчас как раз в тему были бы.
Сам не знаю почему, но подобный расклад вызывал во мне глухое раздражение, которое усугублялось тем, что жесткий воротник куртки был не отложным и сильно натирал шею.
Погода была отличная. В воздухе отчётливо запахло весной. Небо было ясное, ни облачка. Стрелять, правда, в такую погоду не слишком приятно. Солнце так и норовит слепануть. Но ничего, и не в таких условиях стрелять приходилось, прорвемся.
На стрельбище был установлен стенд. Афанасий подошёл к машине и принялся заряжать её тарелочками.
— Поверни, чтобы солнце в шары не било, — хмуро посоветовал я ему и принял ружьё у подбежавшего парня. — Заряженное? — Спросил я у него. Парень закивал головой. Кивал он так интенсивно, что появилось опасение отвала башки от довольно худой шеи. — Принеси патроны.
— Что принести? Я вас не понимаю, ваше сиятельство, — он растерянно посмотрел на деда.
— Полагаю, Евгений имеет в виду те приспособления, которые использует император Кречет с семейством во время пострелушек, возможно, у князей Тигровых они имеются. Но я предпочитаю классику, — ответил дед и кивнул на Афанасия. — Командуй, Женя, по готовности.
Я осмотрел ружьё. На этот раз это была вертикалка с одним спуском. Хорошее ружьё прикладистое. Калибр мелковат, не двенадцатый, это точно. Я ещё раз осмотрел ружьё. Двадцаточка, любимый калибр. Вот только гложут меня сомнения.






