ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Очнулся, кругом снег, кровь и мёртвая рысь. На затылке рана, прибежавший мужик тебя сиятельством называет, да всё по имени-отчеству. Только вот ты не помнишь, ни что произошло, ни почему ты сиятельство. Ты даже имени своего не помнишь, и всё вокруг кажется тебе не таким, как должно быть, неправильным. Но, ничего, руки-ноги целы, голова работает, а память вернется. Тем более, что всё вокруг твердят, что рысь тебя благословила.

Больше новинок на https://booksnew. ru/ Или на нашем телеграмм канале https://t. Женька, черт тебя подери, открывай! — я открыл глаза и посмотрел на часы. И кто там ломится ко мне практически ночью? Набросив на плечи форменную куртку и сунув ноги в тапочки, пошёл открывать. Стучали-то в окно, в дверь бы долбились, хер бы я услышал. Веранда большая, двери хорошие утепленные, недавно новые поставил. Вот кто-то и обошёл дом, да в окошко спальни начал стучаться. Тогда прекратят шляться, где попало, чтобы задницу, да яйца сберечь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Плевать на них, — грубый голос с проскальзывающими визгливыми нотками, раздавался откуда-то сбоку, но его обладателя я не видел. — А вот то, что эта тварь вонючая порвала молодых баронов, вот это трагедия!

— Пасть закрой, — я говорил так, словно знал того, к кому обращаюсь, словно мне не нужно на него смотреть, чтобы представить его рожу. — Вы все ответите за это преступление. Вы сдохните и будете молить нас, чтобы сдохнуть быстро, вы…

Перед глазами всё поплыло и на первый план выступили совсем другие лица, которые я с трудом различал сквозь пелену бурана и темноту ночи.

Выстрел, такой громкий, что на мгновение оглох, резкая страшная боль в затылке, и я падаю… падаю… и в наступающей темноте слышу отчаянный вопль.

— Ты что наделал, идиота кусок? Ты мента завалил! Валим отсюда!

Бах!

— Твою мать, — простонал я, поднимаясь с пола. Надо же, метался на кровати, похоже, и свалился. Но, что я только что видел? И что эти черти про мента орали? Я что мент? А мент — это… Что-то типа жандарма, — подсказало мне подсознание. Они что совсем с головой не дружат? Как можно графа принять за жандарма? Мы же прямо как братья-близнецы, не отличишь одного от другого.

Закрыв глаза, попробовал вызвать образ той четверки, которую только что видел. Хоть изображение и плыло, но всё же было достаточно отчетливым, чтобы рассмотреть детали. А ещё я только сейчас понял, что первая картинка была черно-белой, с большим количеством серого. Словно я смотрел на того щеголя и мужика в треухе, использовав рысинное зрение.

Не вставая с пола, я подполз к тумбочке и вытащил блокнот и карандаши. На тумбочке стояла лампа, которая сама загорелась мягким светом, как только в комнате стемнело. Я присмотрелся и увидел крошечные макры, почти такие же крохи, какими ружья заряжали, которые и заставляли светиться всю эту конструкцию. Быстро разобравшись, как сделать свет поярче, я уселся прямо на полу, опираясь спиной на кровать, и принялся рисовать, пока лица из сна не исчезли из памяти.

Руки прекрасно знали, что делали. Вот только эти портреты сильно отличались от других. Даже от портретов девушек из другого блокнота. Нет, с технической точки зрения все линии были безупречны, вот только им чего-то явно не хватало. Словно тот удар по голове погасил некую искру, которая заставляла вкладывать в рисунки душу, делая их почти живыми. Здесь же были просто изображения. Похожие на оригиналы, не спорю, но, даже я видел, что это не то.

Хотя, возможно, я слишком строг к себе, и одно дело рисовать обольстительных нимф, а другое мерзких подонков, которые меня едва к праотцам не отправили? Не знаю, вот в Академию вернусь, там профессора разберутся.